Анна Шилай - Дар Солнца

Она тоже мне понравилась как няня для ребёнка. Была согласна на ненормированный рабочий день и иногда ночевки в моем доме, обрадовалась, что есть сменщица — "внук тогда хоть от рук отбиваться не будет" — и осталась довольна оплатой труда в размере пятидесяти долларов за шесть часов работы. Саму Ариадну я её показывать не стал; мы подписали договор, который, как и Алисе, я обещал отдать ей завтра в два часа дня, когда приеду познакомить их со второй няней.

— Ну что? — спросила Лера, проводив Марию Тручко вниз и вернувшись в мой кабинет.

— Поздравь меня, — улыбнулся я, кивнув на кресло, чтобы она присела. — Я нашел малышке нянь и теперь смогу, надеюсь, спокойно работать, не принося её сюда.

— Не страшно оставлять своего ребёнка с незнакомыми женщинами?

— Вот тут, — я помахал договорами, — все очень ясно прописано, если что — найду и засужу. Заверю только их у Батольского.

— Позвать его сюда? — выпрямилась Лера.

— Не надо, я сам схожу. Березина ещё не появлялась?

— Нет. Я скажу ей, чтобы немного подождала, если придет, пока вы будете у Алексея Сергеевича.

— Ты прелесть, Лерочка. — Я потянулся и галантно поцеловал её руку. — С меня десяток роз.

— Ох, ну что вы, Матвей… Иванович. — Она смутилась, из-под накрашенных ресниц кидая на меня взгляд, полный надежды. Да, вот её я ещё в постель не затащил, считая, что это будет слишком стереотипно — секретарша-любовница, пусть и на один раз. А очень жаль — как эта юбка, пусть и довольно строгая, подчеркивает изгиб её ягодиц!.. Жалела о моем решении и сама Лера — не раз и не два я ловил на себе такие вот печальные взгляды, молящие о шансе узнать меня не как начальника.

— Попроси кафе принести ко мне ещё молока, хорошо? А я пока схожу к юристу.

Лера кивнула, и я, сложив четыре договора в плотную папку, чтобы не помялись, покинул свой кабинет.

Всё это хорошо, но, освободившись от всех дел, я зашел к хныкающей Ариадне и понял, что есть две няни, но нет никого на этот вечер.

— Мы в жопе, — вздохнул я, заворачивая её в одеяло поплотнее и подняв корзину.

Будто услышав это, заиграл мой телефон, едва не оставленный на столике гардеробной.

Маргарита.

— Детсад на проводе, — буркнул я, держа трубку одной рукой и заворачивая шарф на шее другой.

— Устал, дорогой? — Судя по голосу, у девушки было хорошее настроение.

— Всё зашибись, родная. Звонишь узнать, жив ли я?

— Узнать, жив ли ребёнок.

— Ребёнок, ты жив? — обратился я к Ариадне. Она поморщилась. — Велела мне идти на хрен и не мешать спать.

— Узнаю Сафировскую прямоту, дочка вся в тебя, — рассмеялась Марго, и я улыбнулся вместе с ней. — Ладно. Настя сказала, ты няню ищешь. Нашел?

— Да, даже двух. Но сегодня я оставлен в интимной обстановке — я, ребёнок и бутылочки с молоком. Чувствуешь всю прелесть перспективы?

— Ох, прекрати, а то я начну завидовать!

— Ну, а ты как? На работе не достали?

— Меня достанешь, как же. Тимка поехал к родителям, что-то там не ладно. Так что сегодня и только сегодня я могу сдаться тебе в помощницы.

Я замер, боясь спугнуть надежду.

— Правда? — тихо спросил я.

— Правда. Но не ночь, прости. Часов до одиннадцати.

— И на этом спасибо! Маргошенька, я…

— Так, спокойней, а то наговоришь лишнего, а я и поверю, — я почувствовал сквозь телефон её улыбку. — Я подъеду к шести, до этого дотерпишь?

— Я выдержал с ней весь день, справлюсь.

— Тогда жди. — И она повесила трубку.

Я спрятал айфон в карман и подхватил корзинку.

— Ты слышала, милая? Тётя Марго нас спасет!

И прозвучало это так… уютно.

Приехав домой, я едва успел поставить греться воду в кастрюле и принять душ, когда одновременно приехала Марго и проснулась Ариадна.

— Это у вас женская солидарность? — немного ворчливо спросил я, подхватывая девочку на руки, и пошел открывать дверь.

— Ого, какой прогресс! — воскликнула Марго, увидев нас. — Она тебя уже не так бесит?

— Мы немного притерлись.

Девушка быстро разулась и повесила куртку, а я пока старался утихомирить дочь, тихо напевая испытанный "Потерянный рай".

— Как твои дела? — спросила подруга, когда мы вошли на кухню. — Ты выглядишь уставшим, но не затраханным — прости за прямоту.

— В те часы, когда со мной кто-то есть — намного лучше.

— Как решился позвонить Насте?

— Дошел до точки. И я рад этому — как оказалось, мои впечатления о ней были слегка приукрашены былыми ссорами. Она мне помогла, кое-чему научила, мы вполне спокойно поговорили.