Дэнни Уоллес - Шарлотт-стрит

Не важно, как человек выглядит на фотографии. Имеет значение, лишь что он представляет собой вне ее.

Благодаря подобным рассуждениям у меня не съезжала крыша, уцелели сердце и надежда в их привычном понимании, а моему телу вполне комфортно в магазинчике видеоигр на Каледониан-роуд.

Я поставил чайник, Дэв сменил табличку на двери на «Открыто», и в этот момент распахнулась дверь.

— Привет, Дэв. Привет Джейсон.

— Заходи, Павел.

— Дэв, ты должен мне четыре фунта. И шесть за «Ежиновку».

— Разумеется! — ответил Дэв. — Но сначала хотелось бы получить от тебя совет.

— Зачем?

— Собираюсь приударить кой за кем из высшего круга.

Павел был явно озадачен.

— Я имею в виду девушку по имени Памела. Па-мээ-ла. Мне нужно зарядиться некоторыми ключевыми фразами. Для поддержания разговора.

Павел мрачно кивнул.

— Из кафе?

— Да! — оживился Дэв. — Симпатичная. Темные волосы со светлыми прядями.

— Понятно. Тебе придется нелегко. Она, наверное, самая скучная баба на свете.

Теперь озадаченным выглядел Дэв.

— Она кажется мне такой загадочной.

— Нет-нет. Она очень скучная. Очень скучная баба.

Я предпочел оставить Павла и ошарашенного Дэва наедине и побрел наверх.

Работа. Нет, кофе. Сначала кофе, потом работа. Нормальный кофе, не тот растворимый, столь усердно потребляемый Дэвом. Не то чтобы я имел что-то против растворимого кофе. Это Сара приучила меня к натуральному. Думаю, что с ее стороны это своего рода снобизм. Посмотрите на мою кофеварку, мои чашки и мой кофе. Я представил себе ее и Гэри, как они сидят, скрестив босые ноги в льняных брюках на полированном паркете в комнате, украшенной живыми цветами, пьют только что сваренный латте, едят круассаны, слушают Колдплей, цитируют друг другу выдержки из колонки Чарли Брукера, посмеиваясь над несовершенством этого мира.

Я вынул фотографии из кармана и бросил на стол. Желто-зеленый пакет из «Снеппи-снепс» измялся от долгого пребывания в кармане. В какой-то момент захотелось заглянуть в него еще раз, взглянуть на чью-то жизнь, но вместо этого я убрал пакет в ящик, извлек из кармана грязный листок и положил перед собой. На нем было написано: «Два парня. Алекс и???».

Не уверен, что мне это пригодится.

«Режиссер: Питер Дональдсон. Смешной момент с совой».

Я задумался. Это действительно было забавно.

Тем не менее каким-то образом мне надо было написать двести пятьдесят слов.

Я откинулся в кресле и взглянул на проделанную работу. Неплохо. Глотнув кофе, я снова углубился в творческий процесс.

«…это фильм, снятый Питером Дональдсоном».

Одиннадцать.

Я постучал пальцами по столу.

«Возьмем двух подростков: одного зовут Алекс, другого — Боб».

Девятнадцать.

Я подумал и добавил «а» перед Бобом.

Двадцать.

Я еще раз побарабанил пальцами по столу и выглянул в окно. Грузовик привез овощи в магазин на углу. Хозяин эфиопского ресторана выставлял бутылки. Я посмотрел на ящик стола, выдвинул его. Увидел пакет с фотографиями.

— Джейсон! — раздался голос Дэва снизу. — Можно тебя попросить?

— О чем? — крикнул я в ответ.

— Можешь посмотреть за магазином несколько минут? Павел хочет научить меня польской серенаде.

Я задвинул ящик и бросил еще один взгляд на написанное.

Неплохо.

Дэва не было минут пятнадцать или двадцать. Он оставил включенной музыку из «Голден Экс», и я тут же поменял ее на радио «Мэджик».

Я почти ничего не знаю о компьютерных играх. Конечно, кое-что я выучил и могу при случае повторить. Мне есть что сказать докучливому посетителю, но действительно разбираться в этой материи — совсем другое дело. Поэтому мне приходится лихо, когда в магазин заходит какой-нибудь особо придирчивый покупатель. Иногда я блефую, если клиент как бы сам напрашивается на то, чтобы его обманули, но обычно сразу же капитулирую и признаюсь, что просто присматриваю за магазином. Некоторые радуются этому. Это значит, что они наслышаны о Дэве. Журнал «Ретро-игры» недавно напечатал интервью с ним, где объявил его «последним оплотом старой геймерской культуры». Он воспроизвел эту формулировку на своих визитках, а статью вставил в рамку и повесил над прилавком, рядом со снабженной автографом фотографией «одержимого геймера» Пери, джойстиком, когда-то принадлежавшим Большому Барри, и фотографией Денни Керли — чемпиона Европы по компьютерным играм в 1992 году. Дэв говорит, что однажды тот зашел в магазин, но он постеснялся заговорить с этой выдающейся личностью.