Владислав Глушков - Княжа булава

— Так Вы, господин полковник сами сказали, что не опасны.

— Да, верно, сказал, — согласился Кордубан, пряча оружие. — Ну, шо, господин Поздняков, нашли то, за чем Вас сюда отправили?

— А меня сюда отправили?

— Ну да.

— Не Вы ли мне командировочные выдали?

— Ну, не будем уточнять. Судя по тому радостному выражению лица, с которым Вы просто ворвались в квартиру, всё-таки нашли. Вот и замечательно, давайте её мне, и я со спокойной душёй отправлюсь домой, надоели мне эти заграницы, сил никаких нет. Не понимаю, как Вы здесь жить собираетесь, здесь же чистой воды тирания везде.

— Интересно, а я как то не замечал. И в чём она заключается?

— Да вот хотя бы вчера, останавливает он меня и сразу протокол писать. Ну, я ему как человеку денег предложил, отказался, мало ему что ли, предлагал двадцатку, — Люк при этих словах полковника усмехнулся. — А что ему за превышение скорости сотку давать? Смеётся он. — Глянул полковник на Люка, — так вот я и говорю, не берёт, да ещё и второго зовёт. Ну, тогда я конечно ксиву ему в нос, мол, смотри я тоже вроде как мент. Нет, не помогло, скрутили они меня и в участок, пришлось консулу звонить еле разрулили.

— Я удивляюсь на Вас полковник, привыкли вы дома хозяином жизни себя чувствовать, а здесь не так, здесь закон хозяин.

— Да, бросьте Вы, закон. Какой это такой закон? Ну, да ладно не станем спорить, коль Вам здесь нравится, то и оставайтесь, просто отдайте мне, то, что должны и живите себе спокойно.

— Вот и опять Вы слишком самонадеянны, полковник, говорю же здесь закон. Сейчас я вызову полицию и Вас уже ни один консул не отмажет, так, что лучше идите себе спокойно и уезжайте домой.

— Что не отдашь?

— Нет, не отдам.

— Почему?

— Потому, что, во-первых, ты сам не знаешь на кого работаешь, но явно не в интересах государства стараешься, а, во-вторых… Ну, да и первого хватит.

— Послушай, ты, миллионер новоиспечённый, я смотрю, ты себя слишком вольготно здесь чувствовать начал. А что если мы на тебя дело заведём, Интерпол он законы соблюдает, быстренько тебя к ногтю прижжет и на Родину отправит, а там ты совсем по-другому заговоришь.

— И что же ты мне повесишь?

— Да, что угодно, изнасилование, убийство, наркоту, да мало ли висяков у нас имеется.

— А доказательства?

— Тебе они не понадобятся, ты или сразу всё отдашь, или до суда не доживёшь. Этапы у нас конечно теперь не такие как раньше были, но на твой век хватит.

— Так для экстрадиции доказательства нужны.

— Будут, не беспокойся, так, что лучше отдай и спи спокойно.

— Нет, тебе я её не отдам. В страну передам, безвозмездно, в музей через посольство Французское-что бы ни кто, ни ты, ни твой хозяин не смог лапы к ней протянуть. Понял полковник? — Виктора Сергеевича не на шутку разозлила наглость этого последнего гостя. — Так, что убирайся по добру, по здорову, и хозяину своему передай, кто там тебя заслал, иначе Люк сейчас вызовет полицию, а я дам показания, что ты пытался нас ограбить.

— Смотри Витя, не ошибись, — просипел сквозь зубы полковник, вставая с кресла. Его челюсти были плотно стиснуты от злости, — не ошибись, у тебя ведь семья ещё есть, коль сея не жалко, их пожалей. — Он вышел и сильно хлопнул дверью.

— Кто это был, месье Виктор?

— Это? — Виктор Сергеевич махнул головой в сторону покинувшего квартиру, — Это один очень обнаглевший слуга, точнее защитник Украинской государственности, полковник службы безопасности. Хотя, думаю, он очень давно служит не государству, а кому-то из очень высокопоставленных чиновников, или олигархов. Да и чёрт с ним, смотри лучше, что я нашёл. Пошли.

— Куда?

— Пошли скорее.

Виктор Сергеевич вывел Люка во двор и указал на окно. На улице уже начало смеркаться, поэтому сквозь покрытое толстым слоем пыли стекло уже невозможно было просмотреть кирпичную кладку, но само окно молодого человека тоже удивило.

— Ты понял, что это?

— Кажется, это окно из ещё одной комнаты нашей, точнее Вашей квартиры.

— Правильно. Теперь пошли обратно, нам с тобой крайне необходимо найти вход в эту самую комнату. Теперь мне понятно. Что за ремонт затеял Сергей Михайлович, истратив на него столь значительную сумму. Он просто замуровал комнату, но не мог он лишить её входа, значит, двери должны быть замаскированы.

— По всей видимости, так оно и есть.

— Значит надо искать, — они уже вернулись в квартиру, — закрывай хорошенько двери, что бы ни кто не смог помешать нам, и приступим.

— Месье Виктор, а может, слом стены перенесём на завтра, сегодня уже поздно и соседи могут пожаловаться на шум, да и инструмента у нас подходящего, кажется, нет.