Владислав Глушков - Княжа булава

— Ты чё нам пургу гонишь, какое проникновение? Да мы просто сняли эту хату, с девочками позажигать, вот и всё, у нас ключи на руках, мы не отмычками, родными ключами двери открыли.

— И где девочки?

— Да не пошли с нами, набухались и не пошли, а мы свалили поспать пару часиков, перед дорогой.

— Фил, — внезапно встрепенулся «Торчок». — Так это что они нас развели?

— Конечно, развели, — подтвердил его опасения один из вновь прибывших, — как лохов развели.

— Фил, так это что получается, там мы попали, и здесь тоже попали, они нас и дальше разведут.

— Заткнись! Ты урод обкуренный! — прорычал на товарища Фил, — кто тебя просил языком лишнего трепать?

— Я что один говорил, я не один, ты тоже говорил.

— Замолкни шавка! — Рявкнул, на него второй новенький, который до этого времени молчал. — Вы им, что пообещали отпустить? Так отпускайте, перетрём наши с вами дела. У нас есть о чём побазарить.

Уверенность новых гостей несколько смутила Виктора Сергеевича, чувствовалось, что за ними стоит какая-то сила, поэтому он решил не тянуть и отпустить первых.

— И что вы хотели обсудить со мной, — спросил он у парочки, когда Фил с «Торчком» ушли.

— Ну, для начала, то, что сделали вы нас. Думали, мы, что совсем лохи, оказывается, нет, не совсем. Это уже приятно. Но это так отступление. А главное то, что задел ты силы такие, что и не стоило задевать. Тебя просили по-человечески, отдай то, что тебе не принадлежит, и балдей дальше. Нет, ты всё своё семейство за собой поволок. И что?

— А что?

— Да то, что расстроились серьёзные люди, и эти люди тебя в покое не оставят, пока не получат то, что желают.

— И что это за люди?

— Зачем тебе это знать? Мы тебе в последний раз предлагаем, отдай, то, что они просили, и всё про тебя забудут.

— Но я сомневаюсь, что эта вещь принадлежит этим людям. Кто они?

— К тебе же дома приходили, напоминали и прошлое твоё, и будущее разрисовывали в разных вариантах. Ты что не понял?

— Я-то понял, только вот я думаю, что если этот артефакт на самом деле существует, а не плод воспалённой фантазии то принадлежать он будет государству, а не какому-то зажравшемуся бандюгану. И передам я его официально под звуки музыки и в прожекторах софитов, под неусыпными взорами телекамер.

— Не зли нас, дядя Витя.

— Нет, это вы не злите меня! — Вдруг разошёлся Виктор Сергеевич, он схватил один из отобранных у гостей пистолетов, каким-то непонятным образом нашёл предохранитель, передёрнул затвор и направил ствол в лоб одного из них. — Мне плевать и на вас и на ваших хозяев. По официальной веси, мы вот с ним, — он кивнул в сторону Люка, — сейчас спим в одном очень забавном гостиничном номере, и это могут подтвердить как минимум два десятка человек, так, что если я вас здесь сейчас пристрелю, а потом уйду, ни кто не докажет моего здесь присутствия.

— А…

— А следы, если ты имел в виду это, поможет уничтожить Люк, как ты правильно заметил, он полицейский, пускай даже не местный, но со своими коллегами сможет найти общий язык. Опять же две бутылки пива, что оставили те двое, с их пальчиками, их мы протирать не будем.

— Хорошо, сейчас мы не будем настаивать, но ты так просто не отделаешься от нашего заказчика. Нам в принципе дела нет до ваших разборок. Нам задание дали, мы проследили, хату вычислили, прошмонали, ничего не нашли и уехали, а дальше пускай разбираются с тобой сами. Только предупредить хочется, они от своего не отступят.

— Я тоже не отступлюсь. До этого момента я думал, кому передать булаву, если она действительно существует, теперь решил, отдам в музей, государственный. А все остальные пускай друг другу глотки рвут. Кроме вас и вот тех, что ушли ещё есть два претендента, причём они будут покруче вас вместе взятых.

— Хм, и кто же это, — ехидно ухмыльнулся гость.

— Наше СБУ и Российское ФСБ.

— Ни хрена себе, не Колян, обратился второй к первому, надо валить, с этого дела, нам такой расклад ни к чему. Тот заказчик втирал, что всё чисто, но коль здесь наши менты и Российские федералы завязаны, они явно не для страны радеют, видать есть ещё кто-то, значительно покруче нашего Пахана. Я, честно говоря, ещё пожить хочу.

— Да, пургу он гонит, лох этот, ты, что не видишь Лёха?

— Не похоже.

— Ладно, сваливаем, но учти, — обратился он к Виктору Сергеевичу, — если на понт нас взял, из-под земли достану и на куски порву. — Они встали, собрались выходить, потом остановились, — стволы то отдайте. Или как?

— Или как, — ответил Люк.