Кэтрин Вебб - Наследство

Когда ей показалось, что она видит на горизонте всадников, дело уже было к ночи, и в сумерках почти не удавалось их различить. Только две шляпы, это она рассмотрела. Только два всадника, а третьего нет. Сердце заколотилось в груди — не быстро, но очень сильно. Ровные, медленные, мощные удары, они причиняли ей боль. Только две шляпы, а когда подъехали ближе, стало видно, что и лошади только две. А потом они совсем приблизились, и она разглядела двух лошадей мышастой масти и ни одной вороной.

На второй день Рождества я просыпаюсь от голосов на кухне, клокотанья чайника на плите, журчания льющейся из крана воды и урчания водопроводной трубы, проложенной прямо в стене возле моей кровати. Эти звуки так живо напоминают мне детство, что на мгновение я замираю и лежу с головокружительным ощущением, что время повернуло вспять. Похоже, я проснулась последней, как оно всегда и бывало. Не успев проголодаться, все еще отяжелевшая после вчерашней сытной еды, я, набросив халат, поднимаюсь на чердак, достаю из чемодана Кэролайн костяное кольцо и несу его вниз. На лестнице я вдыхаю густой аромат кофе и жареного бекона, и в животе у меня бурчит от голода.

Семья, все четверо, уже за столом, который накрыт как полагается — тарелки и приборы, кружки для кофе и огромный кофейник, блюдо с беконом и яичницей, аккуратная горка тостов. Как мне все-таки нравятся эти родительские причуды! Самой бы мне в жизни не пришло в голову накрывать стол для завтрака и складывать тосты горкой вместо того, чтобы шмякнуть один себе на тарелку. Вот они, четыре человека, которыми я дорожу больше всего на свете, сидят за столом. Я на секунду прислоняюсь к дверному косяку и загадываю желание — хочу, чтобы так было всегда. Теплый пар в воздухе, посудомоечная машина, вздрагивая, совершает свой шумный цикл.

— А… Ты все-таки решила почтить нас своим присутствием, — сияет папа, наливая мне кофе.

— Не придирайся, папуль, еще только девять часов. — Зевнув, я не торопясь подхожу к столу, присаживаюсь на скамейку.

— А я уже выходил на улицу, чтобы натаскать хвороста, — хвалится Эдди, густо намазывая тост шоколадной пастой.

— Хвастунишка, — укоряю я.

— Эд, ты собираешься есть свой тост с нутеллой? — многозначительно спрашивает Бет.

Эдди подмигивает ей, откусывая большущий кусок, на щеках у него появляется шоколадная улыбка.

— Как спали? — спрашиваю я родителей.

Они заняли ту же спальню, что и всегда. Здесь такое множество комнат, выбирай, какую хочешь, а мы все, как послушные дети, расположились в своих, привычных.

— Прекрасно, Эрика, спасибо.

— Мам, смотри, вот эта штучка, о которой я тебе говорила, я нашла ее среди вещей Кэролайн… — я протягиваю ей кольцо, — рукоятка, по-моему, из кости или чего-то вроде того.

Мама вертит вещицу в руках, недоверчиво глядя на меня:

— Это не колокольчик, дурочка, это детское зубное кольцо. Да какое изящное. Это слоновая кость, не простая… а серебряный колокольчик служит погремушкой. Двойная функция.

— Зубное кольцо? Серьезно?

— Очень старомодное, конечно, но это именно оно.

— Я недавно видел что-то подобное в «Турне антикваров», [19] The Antiques Roadshow — передача на британском телевидении. — добавляет отец.

— Серебро и слоновая кость — ребенок, наверное, был богатенький, — замечает Эдди, прежде чем снова набить рот.

— Может, это Клиффорда? Ты не помнишь? — спрашиваю я.

Мама хмурится, напрягая память:

— Нет, должна признаться, оно мне незнакомо. Но я могла и забыть. Или… — Потянувшись назад, она достает с буфета фамильное древо. — Смотрите, какой большой промежуток между тем, как Кэролайн вышла замуж, и рождением Мередит. Целых семь лет! Это довольно необычно. А вот моя тетя Эванджелина… она умерла, не прожив и года, бедняжка.

Мама указывает на имя, предшествующее Мередит на древе, на даты в скобках под ним, вызывающие сочувствие и жалость.

— Двое детей за семь лет — не так уж много. Возможно, у нее был еще и сын, еще до Мередит, который тоже умер, тогда кольцо могло принадлежать этому мальчику.

— Возможно. Но разве тогда он не был бы указан на фамильном древе, хотя и умер?

— Ну, необязательно. Например, если он родился мертвым или был недоношенным и не выжил… — Мама задумывается. — Я, кстати, знаю, что и Мередит потеряла ребенка до того, как родилась я. У родственников подобные вещи могут повторяться.