Игорь Афонский - Здравствуй – прощай!

Олег был этим «и.о.», ему даже денег выплачивали каждый месяц меньше всех, но это его мало пока интересовало. Полковой магазин, «военторг» был недоступен личному составу зенитного дивизиона. В полку они имели право появляться только при исполнении прямых обязанностей, в определенный период времени. Почтальон — во время получения корреспонденции. «Водовоз», водитель машины с бочкой, предназначенной для питьевой воды — он мог находиться там, пока машина стоит под заполнением, а заполняется она или нет — неважно. Офицеры при вызове в штаб, старший прапорщик в складские помещения, и замполит — в любое время суток. Выход и время строго фиксировались на КПП, в особом журнале, и данные проверялись командиром дивизиона. Итак, Олега послали укреплять ряды разведки ПВО. На пункте наблюдения и связи служили две смены «радиооператоров», все они имели соответствующие специальности и долго объясняли новичку суть своей работы:

— Это — планшет, сюда заносятся координаты летящего объекта, при его появлении и ведении смежными службами ПВО. Понял?

— А что тут не понять?

Олег уверенно кивнул, что, мол, тут непонятно, всё почти понятно, стал рассматривать жирную красную точку, в душе уже кошки скреблись:

— Где тут Север? Где тут Юг? Как в такой плоскости что-то можно точно определить? Что я тут делаю?

Молодой, розовощекий молдаванин из Белгородской учебки долдонил дальше, обучал системе правильного нанесения объекта. Это он когда— то успешно заучил, у него всё от зубов отскакивало. Когда лекция дошла до темы «Средства Связи», то новичка волновал лишь один вопрос:

— А домой отсюда можно позвонить?

— С Луны, что ли, упал?» — так сразу и не врубился в дело связист, но потом подумал о реальных возможностях техники и сказал, что «нужно знать коды доступа, и тогда звони хоть в Москву».

Начальник смены — Рыжий Том, вальяжно общался с дежурным офицером, но время от времени придирался ко второму связисту. Когда он начинал ругать его, то все сразу замолкали, прислушивались. Тут появлялся его прибалтийский акцент, такое растягивание слов, коверканье предложений, ломание смысла фраз. Только когда недовольство было выплеснуто, Рыжий Том затыкался, щурился от электрической лампочки и замирал.

«Какая-то местная церемония!» — всего-то и решил про себя Олег. Тут по очереди все стали выходить покурить. Вышел и Олег, хоть и не курил, но нужно было проветриться от этого подвала. Вавилов, второй связист, уже «распушил свой хвост», что-то рассказывал разведчику ПВО, который стоял в темноте рядом, укрытый маскировочным одеянием так, что сразу его не увидишь. Вавилов гортанно окал, тут сказались, наверное, неудаленные хирургическим путём аденоиды, гланды и московское произношение: такое, сплошноё «га — га — га» в речи. Потом заткнулся, исчез из виду, пропал и разведчик, растворился в ночном воздухе, как тень отца Гамлета, но появился Рыжий Том. Он ещё не вышел из светлого проёма двери, как нанёс жёсткий удар ногой в живот Олега. Что-то подобное Олег уже ожидал, но не так скоро. Он попытался уйти от удара, смягчить толчок, но это ему не удалось, проваливаясь вниз, он увлек за собой край маскировочной сетки, чем спас себя от другого удара. Рыжий Том запутался, как кот стал фыркать, искать выход. Олег встал, направился к сержанту, и последовала серия коротких выпадов, противники были не равны.

Тут выполз дежурный офицер, ему вдруг приспичило покурить в кустах, он сгрёб Рыжего Тома за плечи и увёл с собой, на командный пункт. Когда Олег вернулся, то все там занимались своими делами, сдавали дежурство другой смене. Рыжий Том щурился от света лампочки, что-то рассказывал заступающему лейтенанту. Начальник смены — крупный туркмен, проверял документы. Потом все лишние встали и вышли из помещения. Те несколько десятков метров до столовой и казармы следовало пройти строем, по пути к ним присоединялся стрелок ПЗРК. Ужин, подготовка ко сну. Короче, Олегу не понравилось его новое назначение. Но связистом он так и не стал, пока. Лейтенант забрал его на свою машину — оператором дальности. А Рыжий Том при следующей их встрече только пожал плечами, сказал, что обознался, извини, мол, дальше щурил красные глаза на солнце, обещал пиво проставить:

— И только приезжай ко мне в город, когда тут закончишь, посидим, пивко попьём!».

Олег вспомнил, как чуть с копыт не откинулся, пообещал «пожурекать», приехать и угостить пивом «Балтиос».