Мелисса П. - Сто прикосновений (Дневник Мелиссы)

Сейчас мой образ, каким я его как бы видела, был более соблазнителен: с повязкой на глазах, полуголая, пять мужиков меня лижут, меня ласкают и желают моей плоти. Я была в центре их внимания, они делали то, что было позволительно в келье желаний. Я не слышала ни одного голоса, только вздохи и шорохи. А когда чей-то палец медленно проник в меня, я внезапно ощутила прилив жара и почувствовала, что разум меня покидает.

Я чувствовала себя в полной власти их рук, во мне нарастало любопытство, кто же эти мужчины и какие они. А если мое наслаждение будет результатом действий мужчины страшного и слюнявого? В тот момент это было неважно. А сейчас, дневник, мне из-за этого стыдно, но я знаю, что оплакивать то, что уже сделано, не имеет смысла.

– Ладно, – наконец сказал Роберто, – не хватает последней детали.

– Какой? – спросила я.

– Не волнуйся, можешь снять повязку, сейчас поиграем в другую игру.

Я сомневалась, надо ли ее снимать, но все же сняла и увидела, что в комнате нас только двое – я и Роберто.

– Куда же они ушли? – спросила я с удивлением.

– Они ждут нас в другой комнате.

– Которая называется?… – спросила я с интересом.

– М-м-м… Зал воскурений… Мы там курим соломку.

Я захотела уйти оттуда и оставить их там одних. Эта пауза меня расхолодила, и реальность предстала во всей жестокости. Но я не могла иначе, уж коли я начала, то должна была завершить это во что бы то ни стало.

Все остальное я сделала для них.

Я различила несколько фигур в темной комнате, освещаемой тремя свечами на полу. Из того немногого, что я сумела разглядеть, я поняла, что присутствующие парни не были безобразными, это меня утешило.

В комнате стоял круглый стол со стульями вокруг него. Самовлюбленный ангел сел.

– Ты будешь курить? – спросил меня Пино.

– Нет, спасибо, я никогда не курю.

– Вот уж нет… с сегодняшнего вечера закуришь и ты, – сказал «бармен» (я отметила, что он был смуглый, с точеной стройной фигурой, темной кожей и длинными вьющимися волосами до плеч).

– Извини, но я тебя разочарую. Когда я говорю «нет», это значит «нет». Я никогда не курила, не буду курить сейчас и не закурю в будущем. Для меня это не имеет смысла, поэтому занимайтесь этим делом сами.

– Но, по крайней мере, ты не лишишь нас удовольствия любоваться твоими прелестями, – сказал Роберто, постучав рукой по деревянному столу. – Сядь сюда.

Я села на стол, расставив ноги, каблуки сапог уперлись в стол, а мой половой орган стал виден всем. Роберто пододвинул стул и установил горящую свечу около моего лобка. Когда он скручивал бумажку с пахучей травкой, его взгляд то и дело перемещался с травки на мое сокровище. Глаза его блестели.

– Потрогай себя, – приказал он мне.

Тогда я медленно ввела туда один палец, а он прекратил воскуривание и полностью сосредоточился на том, что я делала.

Кто-то подошел ко мне сзади, поцеловал в плечи, взял на руки и нацелил меня на себя, пытаясь членом войти в меня. Его член был вялым. Его потухший взгляд был направлен вниз и был пустым. Я не захотела на него смотреть.

– Э, нет… мы об этом уже говорили… сегодня вечером никто не будет ее трахать, – сказал Пино.

«Бармен» ушел в другую комнату и вернулся оттуда с черной тканью. Мне снова завязали глаза, и чья-то рука вынудила меня сесть на колени.

– А теперь, Мелисса, мы будем передавать травку, – услышала я голос Роберто. – Как только она окажется в руках одного из нас, мы щелкнем пальцами, дотронемся до тебя, ты поймешь, что наступает твой черед. Ты подойдешь к тому, у кого травка, и возьмешь в рот, и будешь держать, пока он не кончит. Пять раз, Мелисса, пять. С этого момента мы не будем разговаривать. Удачной работы.

В моем рту встретились пять разных вкусов, пять вкусов от пяти мужчин. Каждый вкус имеет свою историю, каждая выпитая жидкость – мой стыд. В те моменты мне казалось, что мое наслаждение было не только плотским, но также было наслаждением красоты, радости, свободы. Находясь, голая, среди них, я чувствовала, что принадлежу другому миру, никому не известному. Но затем, выйдя из той комнаты, я поняла, что сердце мое разбито, и испытала невыразимый стыд.

Я вернулась в первую комнату, бросилась на кровать и почувствовала, что мое тело отупело. Я видела, как на письменном столе то и дело высвечивался дисплей моего мобильника, я знала, что это звонили мне из дому; было уже полтретьего ночи. Кто-то вошел в комнату, улегся поверх меня и меня выебал; затем пришел следующий и направил свой член к моему рту. Как только один начинал, другой извергал на меня свою жидкость. И так далее. Вздохи, стоны и хрюканья. И беззвучные слезы.