Ирвин Уоллес - Слово

— Пять, профессор, — подсказал Уилер.

Джеффрис, не спеша, продолжил движение, рассуждая на ходу:

— Спасибо, Джордж… Мистер Ренделл, мне следует упомянуть еще четыре, уже без специального порядка. С моей стороны — в качестве переводчика и исследователя текстов — было бы непозволительным не вспомнить открытия молодого германского пастора и библеиста Адольфа Дейссмана. До Дейссмана переводчики Нового Завета уже давно открыли, что новозаветный греческий язык отличается от классического литературного, и они предположили, что это некий чистый, чуть ли не священный язык, используемый исключительно для Писаний. В 1895 году, исследовав массу древнегреческих папирусов, найденных в течение предыдущих столетий: сохранившиеся фрагменты документов двухтысячелетней давности; деловые письма, домашние счета, прошения, сочинения, черновики — Дейссман смог доказать, что тогдашний бытовой язык, греческий язык повседневной жизни так называемый «койне» — и есть тот самый язык, которым пользовались евангелисты. И это стало причиной революции, грянувшей в области переводческой деятельности.

Доктор Джеффрис вновь скосил глаза на Ренделла.

— Следующие три наиболее ценные находки — это открытие могилы святого Петра на античном кладбище, находящемся на тридцатифутовой глубине под Ватиканом; и она была признана настоящей. В любом случае, доктор Маргерита Гвардуччи расшифровала надпись на камне, обнаруженном под нефом базилики, и в этой надписи — которая датируется не позднее 160 года нашей эры — говорится: «Петр похоронен здесь». Затем, открытие 1962 года в Израиле строительного блока, предназначенного для возведения памятника императору Тиберию, то есть, относящемуся к не позже 37 года нашей эры. На этом камне было выбито имя Понтия Пилата, за которым следовали слова «prefectus Udea» — тот самый титул, которым он именуется и в Пергаменте Петрония. И, наконец, находка 1968 года — каменная гробница в Гив'ат Ха-Мивтар в Иерусалиме. Воистину значительная находка — скелет человека по имени Иехоханан, это имя было написано по-арамейски на гробнице, запястья и кости на ногах которого были пробиты семидюймовой длины гвоздями. Этот скелет двухтысячелетней давности был первым физическим свидетельством того, что в новозаветные времена людей в Палестине распинали таким образом. История говорит нам, что с преступниками поступали именно так. Евангелия рассказывают, что это произошло и с Иисусом. Но только теперь, после обнаружения останков Иехоханнана книжные знания были подтверждены практикой.

Доктор Джеффрис снял пенсне и указал вперед.

— Мы на месте.

Ренделл заметил, что они уже прошли застекленные витрины Зала Рукописей и теперь направлялись к двери следующего помещения. У входа висела специальная табличка:

ОТДЕЛ РУКОПИСЕЙ

ЗАЛ ИССЛЕДОВАНИЙ

СИНАЙСКИЙ КОДЕКС

МАГНА КАРТА

РУКОПИСИ ШЕКСПИРА

Охранник у двери — в черном кепи, серой мундирной блузе и черных брюках — отдал доктору Джеффрису дружеский салют. Сразу же у входа в зал находилась длинная металлическая витрина с двумя синими занавесками, закрывающими две стеклянные панели.

Доктор Джеффрис приподнял левую занавеску и пробормотал:

— Александрийский Кодекс, и… м-м-м… больше о нем не стоит думать. Для нас он не так важен. — После чего, с огромной нежностью, приподнял вторую синюю занавесь, взгромоздил пенсне на нос и широко улыбнулся лежащей за стеклом старинной книге:

— Вот где она. Одна из трех главнейших рукописей в библеистике — Синайский Кодекс.

Стив Ренделл и Наоми подошли поближе и поглядели на темно-коричневатые пергаментные страницы, каждая из которых была покрыта четырьмя узкими колонками аккуратно выписанных слов на греческом языке.

— Вы видите фрагмент Евангелия от Луки, — объяснил Джеффрис. — В углу имеется табличка с комментарием.

Ренделл прочел текст на небольшой карточке. Синайский Кодекс был открыт на стихе 14 двадцать третьей главы. В нижней части третьей колонки на левой странице были строки, описывающие агонию Христа на Оливовой горе, которые многим библеистам прошлого были неизвестны до открытия Кодекса, и потому не были использованы в их переводах.

— В первоначальном состоянии, — сообщил доктор Джеффрис, — рукопись, возможно, содержала 730 листов. Сохранилось же 390 листов — из них 242 относятся к Ветхому Завету, а 148 представляют полный новозаветный текст. Как вы видите, пергамент изготовлен как из овечьих, так и из козьих кож. Написанный только лишь заглавными буквами текст — это плод труда трех различных переписчиков, скорее всего, еще до 350 года нашей эры. — Джеффрис вновь обратился к Ренделлу: