Ирвин Уоллес - Слово

— Ф-фу, конечно, было бы лучше отвести вас в буфет для персонала, где можно было бы поболтать за чашкой чая, — сказал Джеффрис.

Уилер поднял руку.

— Нет, нет, профессор, все и так превосходно.

— Ну и замечательно, — ответил тот. — Я так подумал, что наш разговор было бы лучше провести без особой рекламы. Для начала, хотелось бы сказать, что я мало чего могу сообщить нового о нашем молодом докторе… м-м-м… Флориане… Флориане Найте. Его таинственное поведение, равно как и его недосягаемость, меня совершенно обескуражили и обеспокоили. После моего вечернего звонка вам я никак не мог с ним связаться, точно так же, как и с его невестой, мисс Валери Хьюгз. Вы меня просили о чем-то… я забыл, вы уж простите мою забывчивость… вы еще внизу интересовались чем-то, связанным с доктором Найтом, не так ли?

Уилер поднялся с диванчика и направился к стоящему возле стола стулу.

— Правильно, профессор, вчера вечером я хотел спросить у вас еще кое о чем. А именно, чем же так внезапно доктор Найт заболел? Что с ним?

Доктор Джеффрис подергал себя за усы.

— Я бы и сам хотел это знать. Мисс Хьюгз ничего не уточняла, к тому же, она и не дала возможности спросить. Она сказала лишь то, что Флориан слег с очень высокой температурой. Его врач отметил, что самое необходимое сейчас, это обеспечить больному длительный покой.

— Мне кажется, что это нервное расстройство, — предположил Уилер, а потом обратился к Ренделлу:

— А ты, Стив, что скажешь?

То, о чем подумал Ренделл, ему никак не понравилось, но отвечал он серьезно:

— Ну, если это нервное расстройство, выходит, должны были иметься какие-то его признаки, пускай краткие, но вызывающие тревогу. Возможно, доктор Джеффрис сможет рассказать нам об этом. — Он повернулся к их хозяину. — Вы не замечали чего-нибудь необъяснимого в поведении доктора Найта за последние несколько месяцев — какие-нибудь недостатки, проколы в работе?

— Абсолютно ничего! — патетически заявил тот. — Доктор Найт самым добросовестным образом выполнял все данные ему мною поручения, можно даже сказать: выполнял блестяще. Доктор Найт специалист в греческом, персидском, арабском, иврите, ну и конечно же, арамейском языках, всех тех, с которыми мы имеем дело чаще всего. То, что он делал, работая здесь, было безупречным, именно таким, каким и было мне нужно. Поймите это. Молодому человеку, обладающему такими знаниями как Флориан Найт не нужно было переводить по словечку арамейские тексты или фрагменты папирусов. Обычно он читал прямо с листа, легко, естественно, как будто бы это был его родной язык, как если бы он читал утренний выпуск «Таймс». В любом случае, умение доктора Найта переводить арамейские, древнееврейские и древнегреческие тексты на английский для нашего переводческого комитета в Оксфорде всегда отличалось точностью и блеском, которые только можно было желать.

— Короче говоря, он не делал никаких ошибок, особенно в прошлом году, так? — настаивал на своем Ренделл.

Прежде чем ответить, Джеффрис долго разглядывал его.

— Дорогой мой ученик, людские существа склонны к несовершенству, а их творения всегда могут оказаться ошибочными. Ошибки прошлого — равно как и неизвестные доселе знания, полученные при археологических раскопках и филологических исследованиях — и заставляют ученых делать новые переводы Библии. Попытаюсь объяснить получше, чтобы вам стали понятны проблемы, с которыми столкнулся и доктор Найт. Возьмем, к примеру, слово «pim». В Библии оно встречается всего лишь один раз, в книге пророка Самуила. Переводчики всегда считали, будто «pim» означает какой-то инструмент, и они относили его к плотницким. Сравнительно недавно переводчики выяснили, что на самом деле «pim» означает меру веса, равно как и «шекель», посему, последующие издания Библии используют это слово уже правильно. Другой пример. В старых английских изданиях Библии стих 14 главы 7 Книги Исайи приводился в таком звучании: «Итак, сам Господь дает вам знамение: се Дева во чреве приимет…» <���Так в каноническом русском переводе — прим. перев.> Многие годы стих этот рассматривался как пророчествующее рождение Христа. Переводчики «Пересмотренной Стандартной Версии» этот стих переделали, и теперь его следует читать следующим образом: «Се, девица во чреве приимет…» Теперь они переводили с древнееврейского оригинала, где слово «almah» означает «молодая женщина, девушка». Ранние же Библии переводились с неточного греческого текста, где использовалось слово «parthenos», которое означает «девственница, непорочная Дева».