Николас Блинкоу - Манчестерская тусовка

— Ты один?

Джейк обернулся и увидел перед собой мужчину, который был лет на пять-шесть его моложе. Отличные ухоженные волосы, мягкий ирландский акцент.

— Боюсь, что да, — ответил Джейк.

— По собственному желанию?

Джейк кивнул:

— К сожалению, да.

Мужчина улыбнулся и отошел. Джейк пересел на другое место. Если смотреть между двух колонн, видно кусочек «Доброго дня». Он изменился не так основательно, как «Рембрандт», но над входом висела новая вывеска и на окнах больше не было затемнений. Джейк никак не мог решить, когда будет правильнее туда пойти. Стоит ли дождаться начала выступления? Ведь Леди-Добрый-День наверняка не перестал устраивать свои вечерние дивертисменты.

Взяв еще «Бекс», Джейк задумался над тем, хорошо ли это, когда вонючую дыру превращают в приличное место. «Рембрандт» был теперь таким чистым и опрятным, что прикати сюда полный автобус йоркширских пенсионеров, они бы подумали, что отыскали прелестный французский ресторанчик. Правда, возможно, им бы не понравилось, что музыкальный автомат работает чересчур громко, но тогда к ним на помощь подлетел бы официант с советом подкрутить колесики на слуховых аппаратах. Джейк сделал еще один глоток и вдруг явственно расслышал, как пиво с ним разговаривает. Оно сказало, что хорошо бы прогуляться по залу. А если кто спросит, скажешь, что это решение пива.

Джейк направился к той стороне паба, которая выходила на Канал-стрит. Раздвижные окна здесь были настежь раскрыты, и Джейк пристроился среди пьянчуг, которые частично находились внутри паба, а частично — снаружи. Джейк подумал: Интересно, я — внутри с теми, кто снаружи, или снаружи с теми, кто внутри?

Он наблюдал за группами людей, перемещающимися взад и вперед по Канал-стрит, и внимательно изучал молодых парней, студентов, клабберов, красавчиков, едва не орущих во все горло «посмотри на меня!», и женоподобных любителей дискотек. Толпа двигалась, текла мимо «Рембрандта», который стоял незыблем в центре этого движения и напоминал собой не то оазис, не то смотровую площадку. А может, и вовсе — исторический монумент, место боевой славы здешних ветеранов. Возраст посетителей — от тридцати до пятидесяти — был той самой категорией, куда силился вписаться Джейк. Если продолжать размышлять, то, возможно, удастся унять гудение в голове и в желудке. Еще, говорят, подобные ощущения заглушает пиво, но Джейк видел, что проку от пива никакого. Хотя, возможно, оно ни в чем не виновато — просто еще слишком мало выпито. Бросив бутылку в урну, Джейк двинул дальше.

В пятнадцать минут одиннадцатого он выходил из «Кастро». Паб располагался в погребке, и, когда Джейк поднимался по лестнице, кто-то его окликнул:

— Уже уходишь?

— Уже ушел… Вою на луну, барахтаюсь в канаве. В последнее время. — Он перешагивал через две ступеньки разом и даже умудрился споткнуться, когда добрался до верха.

Эти улицы, застывшая сеть Деревни, почти что Нью-Йорк в миниатюре, — Джейк знал здесь каждую сточную решетку, каждую крышку канализационного люка, и даже то, сколько времени требуется, чтобы пройти в туфлях на каблуках от одного квартала до другого. Единственное, что было ему незнакомо, — дома, которые стояли теперь на этих улицах. Такое впечатление, будто весь район подорвался на какой-то особой стильной бомбе — странные шутки Господа. И на шестой день создал он искусственный мех, и увидел Бог, что это хорошо-о-о — и занялся созданием интерьеров. В голове у Джейка проносились картинки «до» и «после». Даже старые пабы — «Союз», «Нью-Йорк, Нью-Йорк», «Диккенс», «Центральный парк» — все как-то одинаково сияли, будто родились заново. Вообще-то насчет «Центрального парка» Джейк не знал наверняка: паб и сейчас выглядел таким непривлекательным, что не хотелось тратить на него время. И о «Добром дне» Джейк пока ничего не мог сказать, но это был следующий пункт его сегодняшнего маршрута. Ностальгическое путешествие продолжается — нужно нанести на старые карты новые объекты. А уж когда с этим будет покончено, тогда — Привет, Добрый-День… честное слово.

Предстояло заново открыть для себя целую археологию давно забытых связей. Все начиналось с автовокзала, куда Джейк долгое время приезжал и откуда уезжал на автобусе Йорк — Манчестер, пока не решил наконец, что, пусть он и провинциальный мальчик, но пора потребовать у города политического убежища. Для этого понадобилось пойти в муниципалитет и записаться в очередь на жилье в Хьюме. От автовокзала нить вела к «Диккенсу», где с ним впервые заговорил Фея и уговорил сходить как-нибудь в «Поли диско». В тот же вечер — да, точно, именно тогда — он в первый раз встретился с Шоном. А несколько недель спустя все они познакомились с Джонни.