Оксана Робски - День счастья — завтра

— Лесбиянки? — как будто бы удивилась я.

На двери висела табличка: «Частная вечеринка».

— Здравствуйте! — радостно объявила Анжела на входе. — Мы как раз на вашу вечеринку!

Я с любопытством поглядывала в глубину зала. Несколько пар, обнявшись, танцевали между столиками. Пары состояли из девушек. Хотя мне показалось, что юношей я тоже видела.

За вход мы заплатили по 75 рублей.

На входе стояла невысокая спортивная женщина лет сорока пяти — видимо, хозяйка заведения. Что-то в ней было такое, что выделило бы ее из десятка других. Про таких говорят: «В ней есть стержень». Она смотрела собеседнику прямо в глаза, как будто внутрь, но не искала там изъян, а, наоборот, словно направляла пучок чего-то светлого и доброго.

Скорее всего, эта женщина провела свою молодость в туристических палатках, с песнями под гитару у костра или в походах на байдарках по горной реке. Думаю, у нее и муж был.

Но, наверное, не ценил прелестей походной жизни. Зато появились подружки. Близкие. По духу. И вообще.

Хотя, возможно, она всю жизнь банально проработала поваром в школьной столовой.

Маленький зал был набит битком.

Я даже немного протрезвела.

Я почему-то не чувствовала себя в безопасности среди сотни девушек. Вернее, пятидесяти пар.

К счастью, за стойкой оказался мужчина. Это меня немного взбодрило. Я даже захотела с ним поболтать, но он, видимо, был не расположен.

Интересно, он полагает, что я — одна из этих?

Нас с Анжелой никто не разглядывал. Непонятно почему. Хотя мы сильно отличались от толпы. В вечерних платьях, с хорошими прическами. На Анжеле — бриллианты.

Девушки были одеты в основном в джинсы и бесформенные свитера. На тех, про кого я сначала подумала, что это юноши, были мужские рубашки и подтяжки. Но таких оказалось немного.

Одна девица сидела за стойкой в белом кружевном корсете и короткой юбке. Это была местная звезда. К ней все подходили поболтать и поцеловаться.

Вообще целовались здесь постоянно. И просто так, и во время танца. По-настоящему, в губы.

Все было как в обычном ночном клубе. Кто-то с кем-то знакомился, кто-то выяснял отношения у выхода, кто-то объяснялся в любви в углу. Только мне все это напомнило возню детей в песочнице: когда происходящее кажется значимым только им самим, а окружающие поглядывают снисходительно, в лучшем случае с любопытством.

Такими игрушечными мне казались их поцелуи. И их страсти. Девушка в корсете стремительно выбежала в другой зал, ее догнала бритоголовая особа в подтяжках. Прижала ее к стенке. Я подглядывала из дверного проема.

Девушка в корсете начала плакать и как будто оправдываться. Лысая целовала ее, а я чувствовала себя каким-то великаном в стране лилипутов.

Хотя про лилипутов лучше не вспоминать.

— Ну, как? — спросила Анжела меня прямо в ухо.

— Сборище неудачниц.

— Еще не самое плохое сборище, — усмехнулась Анжела.

Я удивленно посмотрела на нее.

— Есть один секрет. Про Машку. Дай слово, что никому не расскажешь!

Я кивнула:

— Даю.

— Во-первых, я ей обещала, — объяснила Анжела, — а во-вторых, опасно.

Машка познакомилась с членами секты.

Секта называется «Крысятницы».

С центром где-то в Подольске. Они поклоняются не богу, а первой женщине.

Машка попала туда случайно. И видела обряд посвящения. Женщины одеваются в желтые балахоны и принимают какой-то наркотик. Какой — Машка не поняла. Но эффект ей понравился.

Обряд начинается с обращения к сатане и к «святой Лилит» — повелительнице «Крысятниц».

Кандидатка должна принести на обряд кошку, разбить ей голову и слегка отпить мозга.

Потом Лилит убивает крысу. За это ей надо заплатить своей кровью. Она делает надрез на руке и мажет кровью свое лицо и лица всех присутствующих.

Трудно себе представить, чтобы Машка все это делала.

Наверное, наркотик действительно был хорош.

А потом все пьют «любовное зелье» и занимаются сексом.

— Представляешь? — спросила Анжела. — На Машку это произвело такое впечатление! А еще она говорила, что они все там друг о друге очень заботятся. Настоящее женское братство.

Наверное, так себя чувствуют дальтоники. Надевают синий свитер к голубым джинсам и думают, что замечательно выглядят. А какая-нибудь подружка им небрежно сообщает: «Симпатичный зеленый свитерок, очень подходит к твоим туфлям».

— Поедем отсюда, — попросила я Анжелу.

Она рассмеялась.

— Да здесь нормальные девчонки, ты что? Просто лесбиянки. Подумаешь!