Эвелина Пиженко - Ты услышишь мой голос

В последние дни она чувствовала себя всё хуже и хуже. Слабость не покидала, любое физическое усилие, даже небольшое, вызывало одышку и учащённое сердцебиение. Она не могла, как раньше, быстро ходить, а восемь лестничных пролётов до своего, четвёртого, этажа она преодолевала с частыми остановками. Все перемены в её здоровье произошли очень быстро, за несколько дней, и она пока не спешила никому о них рассказывать, в надежде, что всё пройдёт само собой.

Наташа ещё раз посмотрела на часы: половина второго. В отчаянии набрала Димкин номер…

Гудки шли, но трубку он не брал. Чтобы как-то унять дрожь, охватившую тело, она встала и, сложив руки на груди, начала ходить по комнате из угла в угол.

— Наташа, что случилось, почему ты не спишь? — Анна Сергеевна, щурясь на свет, неожиданно вышла из своей спальни.

— Димы нет до сих пор, — дрожащим от волнения голосом выговорила Наташа, — скоро два часа, а его всё нет… Я пробовала звонить, но он не берёт трубку.

— Наташенька, иди спать, — свекровь как-то сочувственно посмотрела на неё, — с Димой всё в порядке. Он мне звонил с вечера, но я думала, ты спишь, и не стала заходить.

— А… где он?.. — растерянно спросила Наташа.

— Он в студии, что-то там забивает… я толком не поняла. Но он сказал, что не знает, когда придёт.

— Почему же он не ответил, когда я звонила? — упавшим голосом спросила Наташа, — Не хотел со мной разговаривать?..

— Может, ему не слышно было, — предположила Анна, — утром спросишь, а сейчас иди, отдыхай…

Несмотря на то, что она чувствовала себя совершенно разбитой, Наташка так и не уснула до самого утра. Утром, около восьми часов, взяв проснувшегося Валерика, вышла в гостиную и, бросив взгляд на пустой диван, скрылась в ванной.

— Привет, — Дима закрывал за собой входную дверь, когда она с умытым малышом проходила назад через прихожую.

— Привет, — прошептала в ответ Наташка и невольно задержалась: увидев отца, Валерка заулыбался и что-то радостно залопотал. Подойдя к ним, Дима наклонился к сыну и шутливо «боднул» его лбом. Вспомнив их любимую игру, Валерка зашёлся весёлым смехом.

— Пливет-пливет, — наклонившись ещё раз, Дима ласково поцеловал ребёнка.

Сердце у Наташки забилось часто-часто… Вот так, близко, он не подходил к ней уже больше недели… Целуя Валерика, он почти коснулся её лица своей щекой… Ей ужасно захотелось прижаться губами к его губам, вдыхая морозный запах его волос… Закрыв глаза, она невольно потянулась к нему… ей даже показалось, что в какой-то момент он тоже подался к ней навстречу… но он тут же отстранился, и, тронув пальцем Валеркин носик, подошёл к встроенному шкафу и начал раздеваться. Обречённо вздохнув, Наташа прошла на кухню…

…Он совсем не соскучился по ней… Ещё совсем недавно, уезжая даже на один день, вернувшись, он мчался к ней и хватал в охапку… Ей казалось, что его поцелуи не успевают остывать на её теле… А сейчас он спокойно проходит мимо, даже не догадываясь, как она тоскует по его рукам и губам…

Неужели обида так сильна?.. Он никогда так долго не сердился на неё… А сегодняшняя ночь… Он не ночевал дома. У неё не хватит смелости спросить, где он был до утра… Анне Сергеевне он сказал, что был в студии. А если — нет?.. Он — молодой мужчина… и он равнодушно проходит мимо неё вот уже который день… Он не собирается мириться с ней. Может, у него уже кто-то есть?.. Нет, на Диму это не похоже… И, всё-таки… Он не ночевал дома.

— В котором часу приедет Валерий Фёдорович? — прервав её грустные мысли, Дима показался в дверном проёме кухни.

— В четырнадцать тридцать.

— Хорошо, я встречу.

— Ты ведь не спал… Я могу взять такси и встретить сама.

— Я встречу, — включив плиту, он поставил на неё чайник и подошёл к холодильнику.

— Сейчас я тебе приготовлю завтрак, только докормлю Валеру, — глядя, как она зачерпывает ложечкой мясное пюре, мальчишка сидел с раскрытым ртом, как птенец.

— Я сам, — снова, как и в предыдущие дни, лаконично ответил Дима, и Наташка почувствовала, как тоска снова заползает в сердце…

Позже, проходя в свою комнату, она невольно прислушалась к разговору Димы с матерью, доносившемуся из-за двери родительской спальни. Анна что-то говорила ему укоризненным тоном, но он отвечал ей очень тихо, так, что Наташа не смогла расслышать его интонацию… «Анна Сергеевна знает, где он ночевал», — подумала она, входя к себе.

Единственным обстоятельством, которое могло её сегодня радовать, был приезд Валерия… В клинику отец должен был лечь только завтра, поэтому остаток сегодняшнего дня он собирался провести в семье Морозовых.