Эвелина Пиженко - Ты услышишь мой голос

— Ничего не знаю! — женщина достала мобильный телефон, — Я вызываю полицию!

— Послушайте… — Дима улыбался, нелепая ситуация его только смешила, — Ну, давайте, я вам шампанского принесу и конфет, а вы нас отпустите… Хорошо?

— Ты, сопля-а-а-к… — похоже, женщина только и ждала этих слов, так она ухватилась за них, — Ты меня взяткой купить хочешь?!

— Что здесь происходит? — высокий, худой мужчина в медицинском костюме, с бейджиком «Зав. отделением», видимо, вызванный кем-то, вырос как из-под земли, — Почему вы находитесь на территории роддома с посторонним ребёнком?

— Это наш ребёнок, — устало повторил Дима, — мы с ним пришли проведать нашу маму. Это преступление?

— Покажите документы, — Зав. отделением строго посмотрел на Диму, — и документ на ребёнка.

— Ну, мой — вот… — Дима достал из кармана паспорт, — Как знал, что надо взять… А на ребёнка пока нет документов.

— Есть выписка из роддома, я его здесь и рожала, — Наташа обратилась к доктору, — но она дома.

— По паспорту никакого ребёнка у вас нет… — зав. отделением пролистал документ, — И жены — тоже… Как вы докажете, что он — ваш?

— А я и не собираюсь доказывать! Мы просто ещё не успели его зарегистрировать… и пожениться — тоже… — Дима пожал плечами, — В конце концов, это наше личное дело.

— Это уже не ваше личное дело. Тамара Вольфовна права: неизвестно, с какой целью вы принесли с собой грудного младенца в роддом.

— Это не роддом, а дурдом какой-то! — Дима покачал головой, — Всё больше убеждаюсь. Сначала чуть мать не угробили, теперь к ребёнку привязались.

— Да, кстати… Почему ваш ребёнок дома, а вы — всё ещё у нас? — строго спросил мужчина Наташу.

— Потому что меня в день выписки привезли назад с осложнением… А мой сын, между прочим, остался без грудного молока, — Наташа крепче прижала к себе Валерика, — ему уже почти три недели, а я его толком и не видела.

— А-а-а-а! Так это и есть знаменитая Смольникова? — догадался доктор, — Замечательно! Вы всё ярче и ярче входите в историю нашего роддома.

— Сергей Иваныч, так что с ними делать? — старшая акушерка заглянула в глаза заведующему, — Полицию-то вызывать?

— Не надо… Пусть идут, а то снова от СМИ не отобьёмся… — махнув рукой, недовольным тоном ответил тот и, обращаясь к Наташе, добавил, — Скорей бы тебя уже выписали!

— Слушай, Димыч, по-моему, пора Юльке делать серию передач о ваших с Наташкой похождениях, — разминая пальцы, Мазур улыбался во все тридцать два зуба, — или книгу написать… Будет хит сезона!

— Да ладно, — Дима, рассказав ребятам о своих сегодняшних приключениях, махнул рукой, — всё это ерунда.

— Кстати, тебя тут какая-то дама спрашивала, — Витька кивнул головой в сторону танцпола ночного клуба, где намечалось выступление «Ночного патруля», — такая… ничего такая… блондинка… лет тридцать на вид.

— Не знаю… — Дима пожал плечами, — Я ни с кем о встрече не договаривался.

— А вон она… — скосив глаза, почти прошептал Мазур, — Сюда идёт…

Ещё не обернувшись, Дима догадался, о ком говорил Витька.

— Добрый вечер… — как всегда, приятным голосом проговорила Инна, — Не помешала?

— Здрасьте… — Мазур ещё раз оценивающе окинул её взглядом, — Лично мне — нет.

— Добрый вечер, — вежливо ответил Дима.

— Может, представишь меня своим друзьям? — на лице женщины, по обыкновению, блуждала лёгкая загадочная полуулыбка и она говорила так, будто они пришли сюда вместе, — Дима?..

— Знакомьтесь: это Инна, психолог. А это — Виктор и Никита, — на последнем слове Дима жестом показал на Белова, который всё это время молча настраивал гитару.

— Сколько продлится ваше выступление? — Инна подняла на него свои красивые голубые глаза.

— Часа полтора, а, может, и больше… — ответил Дима, — У нас сегодня регламента нет.

— В любом случае, я с удовольствием послушаю и потанцую, — снова улыбнулась она, — Дима… можно тебя на минутку?

— Можно… — отойдя в сторону, Дима присел у стойки бара и вопросительно уставился на женщину.

— Дима… — устраиваясь рядом, произнесла Инна, — Ты ничего не хочешь мне сказать?

— Я?! — он удивлённо посмотрел на неё, — В общем-то, нет…

— Странно… А мне казалось, что хочешь. Во всяком случае, должен.

— Если ты знаешь, о чём я должен говорить, то… подскажи?

— Я звонила тебе недавно… Но ты прервал разговор.

— Тогда просто оборвалась связь.

— Оборвалась связь… — она усмехнулась, — Как символично… А наша связь, что с ней? Она тоже оборвалась?