Энн Фортье - Царица амазонок

Ник резко передвинулся на стуле. Он до сих пор не прикоснулся к еде, только вертел в руке стакан с апельсиновым соком.

– Напомните мне, что это за связь?

– Ну… – Я почувствовала, как во мне нарастает раздражение. – Совершенно очевидно, что кто-то , с кем вы работаете, решил, что вам в Алжире нужна именно я… Возможно, именно этот кто-то и отправил в Оксфорд мистера Людвига, чтобы тот соблазнил меня разговорами об амазонках. Далее, как выяснилось, и вам я тоже была нужна… И тем не менее я продолжаю гадать, что такого чертовски важного было в тех жрицах подземного храма. Были ли они амазонками? Если так, то как до этого додумался мистер Людвиг? А раз уж вы причастны ко всему этому, – я показала на синяк на собственном виске, – то уж спросите вашего дорогого мистера аль-Акраба, с чего это я должна постоянно страдать?

Некоторое время мы сидели молча, пока Ник не отодвинул от себя тарелку, как будто наш разговор требовал его безраздельного внимания.

– В ту ночь у костра, – наклонившись вперед, начал он, – я слышал, как вы рассказывали об одном легендарном герое, похитившем голову горгоны Медузы. Вы сказали, что этот миф напоминает вам об Афине, которая происходила откуда-то из Северной Африки. У вас есть еще какие-то соображения по этому поводу?

Вопрос застал меня врасплох.

– Нет, а что?

Ник пожал плечами:

– Я просто пытаюсь разгадать загадку. Кем были те женщины… Куда они отправились потом… Как они превратились в амазонок в голове Джона Людвига? Думаю, все это как-то связано. А самое забавное здесь вот что. – Он взял вилку, нацепил на нее помидорчик черри и ткнул им в мою сторону. – Думаю, вам уже известен ответ. – (Я была поражена.) – Ну же, давайте прямо с этого места, – продолжил Ник, засовывая помидорчик в рот. – Жрицы покинули Алжир и приплыли на Крит. А куда они отправились потом? – Заметив, что я просто таращусь на него, Ник умоляюще вскинул руки, прямо с вилкой. – Вперед! Скажите мне что-нибудь такое, что я могу передать хозяину. Что-нибудь.

– Я не имею ни малейшего представления… – начала было я.

Но Ник покачал головой и снова откинулся на спинку стула:

– Вы никогда не работали в больших корпорациях, да? Корпорации похожи на правительства: мелкие сошки только и имеют что некие суммы, отданные в их распоряжение. А поскольку вы распоряжаетесь чужими деньгами, – Ник протянул руку и наколол на вилку еще один помидорчик, – в глубине души вам становится наплевать. Это просто работа. А они только и хотят услышать на своем совещании, что деньги потрачены не впустую.

Я была так потрясена прозаическим объяснением Ника, что даже не могла понять сразу, врет он или говорит правду.

– Значит, вы просто мелкая сошка? – спросила я. – С большим дорожным бюджетом?

Ник улыбнулся так, словно ему очень нравилось такое определение.

– На самом деле я мелкий клерк, перегруженный работой. Очень хотелось бы получить отпуск. – Он огляделся по сторонам, посмотрел на других посетителей таверны так, будто ему искренне нравилось находиться здесь. – Я всегда любил Крит. Люди здесь добрее.

Добрее, чем где? – с любопытством подумала я. И неужели это был тот самый человек, который наорал на меня, потому что я не должна была прикасаться к его саркофагам? Тот самый человек, который отобрал у меня телефон, словно был тюремным охранником? И неужели вот такому одержимому трудоголику действительно было плевать на свою работу? Нет, одно с другим просто не сочеталось. Конечно, Ник мог выглядеть вполне убедительно, играя роль мальчика на побегушках при аль-Акрабе, мог устраивать грандиозное представление, наряжаясь в грязное рванье, но на этот раз он меня не одурачил. Я уже достаточно времени провела с ним, чтобы понять, что все это – сплошные личины, под которыми скрывается манипулятор, единственной задачей которого – по крайней мере, в последние дни – было следить за мной.

– Что ж, представим, что это так. – Я внимательно смотрела на Ника, сидевшего напротив меня, а он наконец-то принялся за тост. – Вы в отпуске. Полагаю, вам приятно видеть, как бьют других людей.

– Да уж… – Ник нахмурился. – Мне очень жаль, что я буквально заставил вас спуститься в лабиринт в одиночку. И как я мог? – Ник сделал вид, что задумался, а потом сказал: – Давайте вот как сделаем: вы мне скажете, что написать в отчете, а я дам вам чек, чтобы вы возместили свои потери.

Я была уверена, что чего-то не поняла.

– Вы что… предлагаете мне еще десять тысяч долларов?