Энн Фортье - Царица амазонок

– Ну а как вы определили, что это действительно была женщина?

Доктор Егер наклонилась вперед, чтобы перевернуть поленья длинной кочергой:

– Ее тазовые кости. Они сохранились. И имели явственные признаки того, что называется «расхождение лонного сочленения». Она должна была страдать от ужасных болей. В общем, находка оказалась уникальной. Единственная проблема в том, что она исчезла. Мы отправили скелет в судебно-медицинскую лабораторию для дальнейшего анализа, но она туда не прибыла. В то время это был жуткий скандал. А у нас остался лишь ее браслет. Вот только через две недели после того, как мы поместили его в музейную экспозицию, он тоже исчез. – Встав, доктор Егер пошла к лежавшим в углу в большом медном котле дровам, чтобы подбросить их в очаг. – Так что, как видите, – продолжила она, укладывая поленья в огонь, – я знаю почти столько же, сколько и вы. И именно потому, – она чуть виновато улыбнулась мне, – я надеялась, что вы мне расскажете больше.

Некоторое время мы сидели в молчании, прислушиваясь к треску смоляных капель в огне. Потом я сказала:

– Мне известны люди, которые утверждают, что им приходилось видеть несколько подобных браслетов – именно бронзовых, – разбросанных, так сказать, по всему древнему миру. Я даже слыхала теорию, что такие браслеты носили… – я слегка откашлялась и постаралась говорить как можно более небрежным тоном, – древние амазонки.

Наверное, мне не стоило винить доктора Егер в том, что она громко рассмеялась.

– О, простите, – сказала она, – но это уж слишком прекрасно! Теперь я понимаю. Вы разговаривали с тем старым фантазером из Греции, Янни Телемакосом!

Слегка смущенная ее способностью сразу добраться до сути, я принялась бормотать какие-то объяснения, но доктор Егер отмахнулась от них.

– Не беспокойтесь, – сказала она, все еще посмеиваясь. – Я прекрасно знаю, что не только сумасшедшие грезят об амазонках, но и те, кто любит тайны и приключения. – Она всмотрелась в меня с понимающей улыбкой. – Вы тоже из их числа, Диана?

То ли разомлев от тепла очага, то ли растаяв от ее доброты, я вдруг ощутила неодолимую потребность рассказать доктору Егер все без исключения. Начиная с исчезновения моей бабушки восемнадцать лет назад и заканчивая моим приездом в Германию накануне днем. Даже если она не была амазонкой, мне все равно казалось, что стоило посвятить ее во все мои несчастья и открытия.

После того как я без передышки говорила почти час, я наконец откинулась на спинку кресла и покачала головой:

– Простите, что вывалила на вас все это…

– Нет-нет, – быстро ответила хозяйка с полным сочувствия взглядом. – Вам пришлось через многое пройти. Вы сделали важные открытия. А теперь вы гадаете, не была ли ваша бабушка в конце концов права. Была ли она действительно амазонкой. – Не обращая внимания на мои не слишком искренние возражения, доктор Егер продолжила, глядя в огонь: – Вы думаете про себя: «Если я пройду до конца по следу амазонок, увижу ли я ее снова?» Это вполне естественно, Диана, вы и должны думать так, потому что вы очень ее любили. Но вы и сами знаете, что это очень опасно – всю жизнь ожидать каких-то вестей из другого мира. Вы начинаете слышать и видеть несуществующее… Искать смысл там, где его нет. – Она рассеянно протянула руку, чтобы взять еще одно печенье, но обнаружила, что тарелка уже опустела. – Скажите, пожалуйста, эта ее тетрадь… В ней упоминаются какие-то имена? Места? Что-нибудь такое, что могло бы объяснить, почему все эти столь разные люди проявляют к ней такой сильный интерес?

– В том-то и дело, – ответила я. – Я даже не уверена, что тетрадь действительно их интересует или могла их интересовать. В ней нет никаких тайных посланий, нет карты места, где спрятаны сокровища, если хотите. Ясно, что Резник просто жаждет мести. А что нужно от амазонок аль-Акрабу, я совершенно не представляю, но вполне уверена, что он решил использовать меня в попытке их найти. Что же касается самих амазонок, – я посмотрела на хозяйку дома, подозревая, что она по-прежнему не верит в этих мифических женщин, якобы живущих где-то рядом с нами, – так они делают все, что могут, чтобы остановить меня.

Доктор Егер улыбнулась:

– Но вы все-таки здесь.

Чучела зверей внимательно следили за мной со своих полочек на стенах, как будто гадая, что я скажу дальше.

– Да, – кивнула я, отвечая скорее им, чем хозяйке. – Но это конец пути; дорога ведет прямиком в то огромное болото. «История амазонок» утверждает, что небольшая группа амазонок отправилась на север, и это вполне может быть правдой. Может быть, следующую тысячу лет они жили здесь, в Германии, и ковали новые браслеты из железа, и сражались с римлянами точно так же, как прежде с греками. Но разве мы когда-нибудь это узнаем?