Ниам Грин - Секрет Коко

— Я так не думаю, — хором возражают они и изумленно переглядываются.

— Да нет, именно так вы и думаете. Но лучше я выберу себе такую судьбу, чем буду с тем, кто мне не подходит. Том — отличный парень, но он не…

— Не Тот Самый? — заканчивает за меня Рут.

— Формулировка мне не очень нравится, но да, смысл именно такой.

— Понятно, — отвечает бабушка. — Тогда ты приняла верное решение, да, Анна?

— Я тоже так думаю, — неохотно признает Анна, хотя мне не кажется, что я их обеих убедила.

Рут прочищает горло:

— Так вот, я как раз говорила перед тем, как ты, дорогая сестрица, столь грубо нам помешала, что прогулка по Лондону пойдет нам на пользу. Коко, я уже просмотрела расписание авиарейсов, удобнее всего будет отправиться туда в четверг.

— В этот четверг? — восклицаю я. — Это слишком рано!

— Почему? — спрашивает Рут.

— Ну, потому что… у меня тут куча дел. Мне нужно закончить композицию для витрины, разобрать материалы для занятий…

Удивлению Рут нет предела:

— Что за бред. Пара дней тебе погоды не сделают. Правда ведь, Анна?

Анна крепко задумывается. Согласиться с сестрой — значит наступить на горло собственной песне, она это отлично понимает.

— Правда, не помешает, — кивает в конце концов она. — Вам обязательно нужно туда съездить.

От изумления я теряю дар речи: они наконец пришли к согласию хоть в чем-то.

— Но кто же присмотрит за магазином? — соображаю я.

Я задаю этот вопрос и вижу, как Анна снова задумывается, догадываюсь, что за мысль приходит ей в голову. Вот дерьмо! Она хочет…

— Я присмотрю! — вызывается она.

— О, мы не можем тебя о таком просить! — Рут тщетно пытается скрыть ужас, охватывающий ее от одной только этой мысли, за хорошими манерами. У нее не слишком хорошо получается делать вид, будто ей исключительно неловко настолько обременять сестру. Она так увлеклась, уговаривая меня на эту поездку, что не учла вероятности того, что Анна предложит нам свою помощь.

— Почему это? Ты мне не доверяешь? — оскорбляется Анна, в ее голосе звучат стальные нотки, и она бросает свои перчатки на пол.

— Что ты, конечно же, мы тебе доверяем. Дело не в этом. Просто… — Рут в замешательстве, она не знает, что ответить.

— Вот и ладненько, значит, договорились, — потирает руки Анна. — Жду не дождусь, хочу поработать в вашем магазине. Хоть наведу здесь порядок.

— Не нужен здесь твой порядок! — протестует Рут.

— Разумеется, нужен, — довольно ухмыляется Анна. — Что ж, теперь вам не о чем беспокоиться. Езжайте спокойно в Лондон. Здесь все будет работать как часы, пока вы путешествуете.

Она начинает суетиться и уходит ставить чайник, а мы с Рут остаемся на месте, глотая пыль, летящую отовсюду из-за ее стремительных движений.

— Что же я наделала? — стонет Рут.

— Во всем вини только себя, — со смехом отвечаю я.

— Бог знает, что она тут натворит, пока нас не будет. Я и думать боюсь.

— Мне кажется, что все будет не так уж плохо.

— Будет-будет. Ты что же, забыла, что случилось, когда мы ездили к Керри?

— Это ты о том разе, когда мы захотели повидаться с дедушкиными кузинами?

Тогда мы втроем проехали через всю страну на дедушкином «Астон Мартине», чтобы погостить у каких-то его отдаленных родичей, которые жили где-то аж за Килларни. Мы все время устраивали по пути пикники, покупали мороженое… Дедушка развлекался вовсю — тогда он научил меня правильно есть мороженое в рожке: нужно с самого начала проталкивать его языком в низ рожка так, чтобы до последнего наслаждаться сладким вкусом. Это были лучшие каникулы в моей жизни: один раз мы остановились на ферме прямо посреди поля, где я утром помогла хозяйке подоить корову. До сих пор помню страшную вонь, что стояла у них во дворе. Мне тогда казалось, что я к ней никогда не привыкну, но в конце концов мне удалось притерпеться. Я даже в какой-то мере полюбила это место, дала имена всем тамошним курам и даже свиньям.

— Да, а ведь тогда мы уезжали всего лишь на неделю, — с нажимом произносит Рут. — Она тогда к нашему возвращению всю лавку переделала, как хотела.

— Что-то я не помню этого момента, — признаюсь я.

— Ты просто попыталась стереть это из памяти, настолько содеянное ею травмировало твою психику, — мрачно отвечает Рут. — Она здесь все отполировала, передвинула всю мебель. Мы с дедушкой долго еще ничего не могли найти, а потом пытались избавиться от вездесущего запаха отбеливателя.

— Она же, наверное, думала, что вам помогает, — хихикаю я, вдруг понимая всю комичность ситуации.