Ниам Грин - Секрет Коко

Она усмехается, но я вижу в ее глазах печаль, как всегда. Она по-прежнему скучает по маме и дедушке. Рут всеми силами старается жить дальше, с удовольствием открывается для всего нового, ведет активный образ жизни, но часть ее души никогда не оправится после их смерти. Впрочем, я думаю, что ее отношения с Карлом — это шаг в правильном направлении, хоть она и говорит, что они встречаются лишь удовольствия ради.

— Так ты работала весь день? — спрашивает она.

— Да, могу еще полы вымыть, пока заряд бодрости не иссяк, — предлагаю я, доставая из шкафчика ведро со шваброй.

— Ты же уже убиралась на днях, — вспоминает она, пока я внимательно рассматриваю швабру, подумывая расстаться с ней и купить новую.

— Разве? Все равно, уборка лишней не бывает.

— Чистоплотность сродни праведности, да?

— Ты же не веришь в бога, Рут.

— Что, в целом, неплохо — за мои дела с Карлом я бы непременно угодила в ад, — она бросает быстрый взгляд в сторону двери и призывно смотрит на своего «молодого человека». Даже отсюда я вижу, как он улыбается до ушей, встретившись с ней глазами — она из него может веревки вить, стоит только захотеть.

— Это уже слишком, — кривлюсь я, — ты что, хочешь травмировать мою психику?

Я рада тому, что Рут вся светится от счастья, но мне все же любопытно поглядеть на реакцию Анны, когда она узнает о новом увлечении сестры — а она о нем непременно узнает. Мы живем в маленьком городке: рано или поздно пойдут слухи, если, конечно, еще не пошли, и я руку готова дать на отсечение, что Анна будет весьма недовольна.

— Прости. В любом случае, в последнее время не только ты работала, не покладая рук, — беззаботно говорит она.

Что-то в ее голосе подсказывает, что ее новости меня точно заинтересуют.

— Правда? И чем же ты занималась? — спрашиваю я.

Она смотрит мне в глаза, но выглядит отчего-то крайне виноватой.

— Если я тебе скажу, пообещай, что не убьешь меня на месте.

— Что ты сделала? — со вздохом спрашиваю я.

— Помнишь, мы с тобой читали в интернете о театре «Парлор»?

— И?..

— Я туда позвонила.

— Да ладно! — Я потрясена тем, что она провернула это в одиночку, но еще больше заинтригована вопросом, что бабушка сумела там узнать.

— Взяла и позвонила, — робко продолжает она. — Не смогла удержаться. Но я не слишком-то продвинулась в нашем расследовании.

— В каком смысле?

— Молодой человек, взявший трубку, ответил мне, что Бонни прямо в тот момент находится в театре, репетирует что-то из новой пьесы, которую там будут ставить в следующем месяце, но поговорить нам не удалось.

— Ты попросила позвать ее к телефону? — изумленно вопрошаю я.

— Да. Изначально я хотела просто узнать, работает ли она там, и повесить трубку. Но выяснилось, что эта затея не имела никакого смысла, потому как у нее проблемы со слухом и ей тяжело общаться по телефону.

— Какая же ты… Рут! — укоряю я ее. Меня одолевают смешанные чувства: с одной стороны, я на нее немного злюсь, а с другой, меня, безусловно, восхищает ее смелость.

— Прости, милая, я просто хотела помочь тебе прощупать почву, — кается она, зная, что все равно выйдет сухой из воды. — Так что хорошая новость в том, что она бывает в театре. А плохая, конечно, связана с тем, что дело не ограничится простым телефонным звонком. Но я уже все продумала.

— И почему меня это не удивляет? — смеюсь я.

— Слушай, — начинает она, и ее глаза горят от волнения, — поехали в Лондон. Встретишься с ней лично!

— Ты же не серьезно сейчас говоришь?

— Да почему нет? Я давно уже грозилась добраться до тамошних рынков со всякой всячиной, ты же знаешь. Можем убить двух зайцев сразу.

Мое сердце совершает в груди головокружительный кульбит. Я буду счастлива увидеться с Бонни и узнать, может ли она что-нибудь рассказать о Тэтти и этом письме. Но хватит ли у меня духу?

— Даже не знаю. Может, оставим эту историю в покое? — неуверенно предлагаю я.

— Оставить в покое? — возмущенно вопит Рут. — Ты не можешь! На самом интересном месте!

— Не увлекайся, Рут, — предупреждаю я. За ней всегда водилась привычка ставить все с ног на голову.

— Не буду, но ты не можешь все вот так просто бросить. Разве ты сама не хочешь узнать больше о жизни Тэтти? У меня ее история из головы не выходит! Неужели тебе не интересно узнать, кем она была на самом деле? — продолжает Рут, намеренно разжигая во мне любопытство и тем самым вынуждая согласиться с ней. — Не хочешь узнать, как она ждала возвращения любви всей своей жизни? Быть может, она умерла именно из-за разбитого сердца…