Фаусто Брицци - 100 дней счастья

Я плачу двадцать евро, жадно хватаю еще горячий роман под названием «Галеон мечтаний» и несусь прочь. Бегу на виллу Боргезе и устраиваюсь на травке в лучах солнца. Открываю первую страницу:

«Пиратский галеон бороздил упрямые волны, дул мягкий пассат, а это означало, что оторваться от испанских бригантин не удастся. Вдали прогремел пушечный выстрел, в районе моста раскатился звук взрыва».

Я сразу же живо представляю себе эту сцену. Два часа я беру корабли на абордаж, охочусь за сокровищами, спасаюсь от каннибалов, предателей и расстрела – одним словом, передо мной типичный приключенческий роман. На этот раз сюжет не украден у Эмилио Сальгари. Главный герой – проклятый галеон, который запирает в собственном трюме мечты своих пассажиров, так что, спустившись на землю, они утрачивают волю к жизни. Пиратская версия ящика Пандоры и тому подобных историй.

Когда я заканчиваю читать, то понимаю, что, сам того не желая, Роберто отлично описал мое сегодняшнее состояние. Болезнь (галеон) похитила мою волю к жизни, уничтожила мои мечты, замедлила ритм моей жизни. Вместо того, чтобы действовать, я еще больше обленился. Правда в том, что, несмотря на благие намерения, я никак не могу научиться наслаждаться оставшимся временем.

С сегодняшнего дня пора перевернуть страницу.

Я набираю очень короткое сообщение: «хохма», – и отправляю смс Коррадо и Умберто. Это наш секретный призыв к оружию, который означает, что настала пора прикалываться напропалую, как герои уже упомянутого фильма «Мои друзья». Давненько такого не случалось.

Любимая хохма нашего непревзойденного предводителя Коррадо, когда он работает без помощников, – прилететь в аэропорт Фьюмичино, переодеться в обычную одежду и затеряться в толпе вновь прибывших международными рейсами. Он впивается глазами в таблички поджидающих клиентов таксистов – «Мистер Кеблер», «Отель “Гельвеция”», «Джейсм Хельсенер», «Международный семинар Farles», и так далее. Наконец, Коррадо выбирает цель, например, «Мистер Кеблер», делает серьезное лицо и на ломаном итальянском, разбавленным английским акцентом, представляется Кеблером. Срабатывает в девяти случаях из десяти: несчастный таксист знать не знает мистера Кеблера и не раздумывая провожает гостя до машины. Вот тут-то для Коррадо и начинается настоящее приключение: куда же направляется загадочный мистер Кеблер? Возможно, его ждут на международном конгрессе, где он должен сделать доклад? Или он остановится в президентском номере роскошного отеля, чтобы отправится на кинопремьеру? Или же его ждут за столиком типичного римского ресторана? А может быть, его пригласил кто-то из римских знаменитостей на частную вечеринку? Как правило, прежде чем обман раскрывается (и в этом случае Коррадо всегда готов быстро исчезнуть), наш герой уже успевает поесть, выпить и покутить от лица мистера Кеблера. Конечно, бывает, что обман раскрывается уже на парковке аэропорта, но часто Коррадо попадает в самую точку. Однажды ему даже удалось провести ночь в шикарном отеле под видом настоящего постояльца (он притворился, что потерял документы), а в другой раз оказаться в постели с белорусскими близняшками, причем все было уже оплачено.

Умберто и Коррадо присоединяются ко мне в нашем условленном баре. Коррадо только-только прилетел из Лондона, а Умберто закрыл свой кабинет, отправив домой престарелую клиентку, которая твердо верит, что ее крольчишка страдает клептоманией.

Все знают, что хохмы должны быть перчеными и горяченькими.

Мы сидим перед тремя стаканами фруктовых молочных коктейлей и думаем, что бы такое сотворить. Умберто, как всегда, осторожничает, он мучается моральной и уголовной ответственностью, но в конце концов не отступает.

Сегодняшнюю хохму предлагаю я, члены команды меня поддерживают единогласно.

На повестке одно лишь слово.

– Ватикан.

Через час мы уже высаживаемся из «мерседеса» Коррадо возле известного и дорогущего ресторана «Аль Виколетто» неподалеку от стен Ватикана. Нас с распростертыми объятиями встречает хозяин с сильным местным акцентом.

– Прошу вас, ваше преосвященство.

Приветствие обращено к Коррадо, который одет в кардинальское платье, взятое напрокат в магазине театральных костюмов, где работает его знакомый. Нам с Умберто отведены роли помощника и водителя. Как говорится, «ряса делает монаха», в данном случае – кардинала, несмотря на слишком уж юный для такой должности возраст. Красавец Коррадо, обычно выглядящий настоящим мушкетером, кажется истинным Ришелье, надменным и отстраненным. В ресторане ему оказывают все подобающие почести. Мы заказываем закуски, поскольку прекрасно знаем, что сырые морепродукты – местная гордость. Пробуем устрицы, морские черенки, за которыми с триумфом следуют огромные мидии и белые ракушки. Коррадо заказывает самое дорогое вино и дважды требует его заменить, замечая, что оно отдает пробкой. Никто не осмеливается возразить его высокопреосвященству. Мы не отказываемся ни от первого, ни от второго – ни пост, ни диета нам нипочем. Заканчивается наше пиршество финиковым шербетом домашнего приготовления, прославившим ресторан. Объедение. Когда хозяин приносит нам счет на шестьсот двадцать евро, мы и бровью не ведем. Я беру счет и пишу на нем номер телефона моего тестя, а затем с улыбкой протягиваю его хозяину.