Том Перротта - Маленькие дети

Но в тот момент Сара, как и все остальные, не смотрела на воду. Общее внимание было устремлено на бетонную дорожку и на мужчину, который стоял рядом с креслом спасателя и растерянно оглядывался, вероятно стараясь отыскать свободное место, чтобы расстелить розовое полотенце, висящее у него через плечо.

Сначала Сара решила, что мужчина привлек ее внимание потому, что у него на лбу красовалась ярко-оранжевая маска, а в руках он держал такого же цвета ласты. В городской бассейн редко приходили в таком виде, а те, кто приходил, были совсем не похожи на этого мучнисто-белого, чересчур полного мужчину, которому, во-первых, не стоило снимать рубашку, а во-вторых, нельзя было надевать плавки с таким ярким и крупным рисунком из тропических цветов на сером фоне — ни то ни другое его совсем не украшало. Но потом Сара еще раз вгляделась в его странно знакомое лицо и вдруг поняла, что именно заставляет всех смотреть в его сторону.

— Боже мой! — ахнул она.

— Что?

— Это он, — объяснила она, понизив голос. — Ну, ты знаешь кто.

Тодд прищурился:

— Черт! Ему нечего здесь делать, какая бы жара ни стояла.

Повинуясь рефлексу, Сара оглянулась на детей, поглощенных игрой в «машинного доктора». Доктором всегда была Люси. После очередного крушения, устроенного Эроном, она осматривала пострадавшее транспортное средство, выслушивала его с помощью игрушечного стетоскопа и нежно целовала, чтобы быстрее зажило, после чего машинка считалась готовой к следующей аварии. В порыве внезапной нежности Сара протянула руку и дотронулась до влажной от пота щечки дочери. Люси отмахнулась, недовольная тем, что ей мешают.

Когда Сара опять посмотрела на бассейн, Рональд Джеймс Макгорви уже сидел на бортике и натягивал на ноги ласты, а полотенце розовой кучкой лежало рядом. Потом он опустил маску на глаза и нос и ногами вперед осторожно скользнул вниз, нарушив водную гладь лишь едва заметным всплеском.

Сначала казалось, что никто не возражает против его присутствия. Макгорви рассекал поверхность бассейна с тяжеловесной грацией тюленя, а мяч продолжал летать над головами школьников, и подростки все так же прыгали с доски, закручивали сальто и шумно врезались в воду. Но потом откуда-то с середины холма раздался испуганный женский крик:

— Джимми! Джимми Манчино! Немедленно выходи из бассейна!

Худенький мальчик лет десяти поплыл к берегу, неуверенно оглядываясь.

— Джимми, быстрее!

— Рэндел, Джульетта, вы тоже! — раздался еще один голос.

— Шила!

— Марк! Марк Степанек!

Исход из бассейна скоро стал всеобщим. Сначала опустела его мелкая часть: взволнованные матери хватали перепуганных малышей на руки и тащили на берег. Дети постарше неохотно, но тоже послушались и скоро, недоуменно озираясь, уже толпились на дорожке, на которой вода, стекающая с их тел, образовала лужицы. По всему склону холма взрослые хватали свои мобильные телефоны и торопливо набирали «911».

Примерно через пять минут весь огромный бассейн оказался в распоряжении Макгорви. Достигнув глубокого конца, он нырнул, потом медленно поднялся на поверхность, чтобы вдохнуть, и опять исчез под водой. Устав нырять, он немного поплавал на спине, и его бледный живот, наполовину прикрытый цветастыми плавками, напоминал выступающий из воды необитаемый остров. Маску с лица он так и не снял, и Сара не могла понять, бросает ли он всем присутствующим вызов, или чувствует смущение, или просто не замечает, что сумел выгнать всех из бассейна быстрее, чем акула.

К тому моменту, когда на стоянку — она находилась ближе к глубокому концу, за высокой металлической решеткой — въехала полицейская машина, Люси и Эрон уже поняли, что творится что-то неладное. Забыв про «машинного доктора», они придвинулись поближе к старшим и прижались к их коленям.

— Дети не купаются, — задумчиво заметила Люси.

— А почему полиция? — вслух удивился Эрон.

Сара неуверенно оглянулась на Тодда, не зная, что сказать детям, но в этот момент в разговор вмешалась розовощекая, чересчур активная женщина, сидящая неподалеку:

— В бассейне купается плохой дядя. Полиция хочет его арестовать.

— Почему плохой? — заинтересовалась Люси.

— Он не любит детей, — объяснила Сара, — но вам нечего бояться.

В это время полицейские — белый парень постарше и черный помоложе — уже вошли на территорию бассейна через калитку, распахнутую охранником. Несчастные и потные, они медленно подошли к кромке воды и остановились рядом с розовым полотенцем Макгорви, глядя на одинокого пловца не столько с профессиональным интересом, сколько с завистью. Сара не слышала, чтобы они что-нибудь говорили, но тем не менее Макгорви повернулся и быстро поплыл в их сторону. Когда он неловко попытался выбраться из бассейна, темнокожий полицейский наклонился и подал ему руку, а белый протянул полотенце.