Добрица Чосич - Время смерти

Генерал Мишич:

— Впервые после переправы через Колубару противник ведет фронтальное наступление. Не обращая внимания на характер местности, на непогоду и естественные препятствия. Рвется вперед, несмотря на потери.

Воевода Путник:

— Какое дело Потиореку, что у него гибнут чехи, хорваты, боснийцы. Какое ему дело до мадьяр. Какое ему дело вообще до потерь. Он стремится к Дарданеллам.

Генерал Мишич:

— Он вступил в решающее сражение. Предпринимает ночные атаки. В темноте и метели.

Воевода Путник:

— Он очень торопится, и ему не хватает дня. Такая поспешность не говорит о силе. Шло бы у него ладно, не стал бы менять тактику.

Генерал Мишич:

— Я не уверен в этом, воевода. Противник превосходит нас во всех отношениях. Дальнейшая оборона теперешних наших позиций чревата опасными последствиями. И невозможна.

Воевода Путник:

— Я вчера сказал вам, что я думаю о подобной вашей стратегии.

Генерал Мишич:

— Помню, но повторяю: ваша точка зрения исключает инициативу, воевода. Она не содержит в себе никакого риска. Она пассивна. Не побуждает напрягать волю. Разъедает душу армии.

Воевода Путник:

— Эта точка зрения обусловлена потребностями нашей обороны. Смысл ее — в сохранении целостности всего нашего фронта, а не только одной его части. Сербию защитит не Первая армия, но все ее вооруженные силы в совокупности.

Генерал Мишич:

— Этому учат в военных академиях. А настоящую войну может выиграть даже один стрелок.

Воевода Путник:

— С тех пор как мы с вами знакомы, со времен вашего экзамена на чин капитана, вы все свои суждения непременно считали самыми важными. Поэтому и сейчас думаете только о фронте своей армии.

Генерал Мишич:

— Но по фронту моей армии Потиорек наносит удар самыми крупными силами. Если ему удастся выиграть здесь, значит, он сумел одержать наиболее важную победу. Потиорек не Наполеон. Однако…

Воевода Путник:

— Потиорек — обычный швабский дурак. Скоро об этом узнают даже темные сербские бабки. Продолжайте.

Генерал Мишич:

— Я докладываю Верховному командованию: моя армия разбросана по бесконечным оврагам, склонам, лощинам, вершинам. Солдаты разбрелись по горам. Нет ни сплошной линии обороны, ни стратегической системы. Маршруты частей пересекаются, и это рождает панику и растерянность. Солдаты это видят и считают, будто командование потеряло голову. Хаос и безнадежность охватили и штабы, и войска.

Воевода Путник:

— Это лишь означает, что необходимо маневрировать продуманно, Мишич. Выкладывайте до конца.

Генерал Мишич:

— Дальнейшая оборона существующих позиций и борьба за Сувоборский гребень ведут к крайнему истощению армии. Полная небоеспособность войск будет иметь место уже завтра, если противник примется атаковать с прежней интенсивностью. У армии не окажется сил, не только чтобы вырвать победу в наступлении — для этого наступления и победы у нее и сейчас нет ни дыхания, ни темпа, — но, я утверждаю, Первая армия не сумеет больше даже обороняться.

Воевода Путник:

— Вот о чем, Живоин Мишич, хочу я вас спросить; если б вы оказались сегодня здесь, у нас, а Бойович, будучи на вашем месте, говорил то, что говорите мне вы, как бы вы поступили?

Генерал Мишич:

— Я учел бы мнение Бойовича.

Воевода Путник:

— А после этого вам позвонили бы Степа, Штурм и Божанович, назвали бы вас ветреником и подали б в отставку со своих должностей командармов.

Генерал Мишич:

— В таком случае я бы принял их отставку.

Воевода Путник:

— На какой рубеж вы хотите отвести армию?

Генерал Мишич:

— Я предлагаю оставить на рассвете горную цепь по линии Сувобор — Раяц — Проструга и отойти на позиции перед Горни-Милановацем.

Воевода Путник:

— Опять как человек и солдат сербский я вам говорю… Ей-богу же, подумайте о целостности фронта и линии нашей обороны, о судьбе Третьей и Второй армий, задумайтесь об этом. Если вы отойдете, их фланги окажутся совершенно оголенными. Абсолютно голыми. Тогда лишатся смысла все наши усилия и все наши жертвы. А что будет с Ужицкой группой? У нее на плечах Потиорек за два дня доберется до Чачака. И на другой день нам придется оставить Белград. Что это у вас за самоубийственная стратегия, где ваша стратегическая логика, ну подумайте, Мишич?!

Генерал Мишич:

— Согласно моей стратегической логике, воевода, события ни в коем случае не развивались бы так, как вы утверждаете. Почему соседним армиям понадобилось бы отступить? Почему потребовалось бы оставлять Белград?