Сара Груэн - Время перемен

Немного повозившись с ремнями, Эйми дрожащими пальцами снимает шлем и начинает вращать головой. Хочет убедиться, что серьезных травм нет.

– Нет, правда, – убеждает она прерывающимся голосом, – по-моему, все нормально.

– Можешь встать на ноги, милая? – обращается к дочери Шерри.

– Господи, не надо. Сначала следует… – пытаюсь возразить я и умолкаю, так как Шерри уже поднимает дочь.

Я подхватываю Эйми под другую руку.

– Ну, как себя чувствуешь? – расспрашивает Шерри. – Голова не кружится?

– Нет. Кажется, обошлось.

Я поворачиваюсь к остальным ученикам, которые, сидя верхом на своих лошадях, с мрачным видом наблюдают за сценой.

– Ладно. – Я хлопаю в ладоши. – На сегодня занятия окончены. Все свободны. Прошу выгулять лошадей, пока они не остынут, а потом разведите их по денникам. Только сначала ослабьте подпругу, но не слишком сильно, чтобы седло не скользило. – Вспоминается случай, что произошел с Джерри Бенсоном на прошлой неделе.

А Эйми, опираясь на руку матери и слегка прихрамывая, уходит с манежа.

– Шерри, отведите ее в комнату отдыха. Я поймаю Блюпринта и присоединюсь к вам.

Шерри встречается со мной взглядом и кивает. У нее бледное озабоченное лицо, но, как ни странно, намерения устроить скандал нет и в помине. А следовало бы. Ведь несчастный случай с Эйми на моей совести.

Минут сорок меня убеждают, что Эйми цела и невредима. В какой-то момент я понимаю, что Шерри пытается меня успокоить, а это верный знак, что пора угомониться. У дверей комнаты отдыха Шерри оглядывается, и в ее взгляде отражается все, что эта женщина обо мне думает. Наверняка считает психопаткой или вообще сумасшедшей. А возможно, всем сразу.

Борюсь с желанием объясниться, рассказать свою историю, чтобы Шерри поняла мой страх. Узнала, почему падение девочки с лошади вызывает у меня панику. Однако прекрасно понимаю, что тогда на мне до конца дней останется клеймо придурковатой тетки, и в результате я потеряю хорошую ученицу. Приходится ограничиться дежурными словами прощания и молча наблюдать за отъезжающей машиной Шерри.

Выждав, когда в конюшне никого не останется, я наполняю водой ведра и бросаю сено в денники, которые сейчас мне кажутся слишком низкими. Потом иду в конец прохода, где находится амуничник, и собираю сухие потники.

Прижимаю их к груди и с ужасом вижу перед глазами комочки крысиных экскрементов.

Бросив на пол потники, с истеричным визгом отскакиваю назад и с ужасом смотрю на страшную находку. Потом бегу в туалет и, включив воду на полную мощность, изо всех сил тру лицо, шею и руки, стараясь не замочить одежду.

Через десять минут обгаженные потники собраны в пакет для мусора, который я, перед тем как взвалить на плечо, герметично заклеила.

На обратном пути задерживаюсь возле денника Блюпринта. Он стоит задом к двери и с равнодушным видом жует сено. Блюпринту и в голову не приходит, что он едва не убил одну из моих учениц.

Потом убеждаю себя, что люди часто падают с лошадей, и в большинстве случаев это не приводит ни к гибели, ни к серьезным травмам.

Понимаю, что дело обстоит именно так, и все равно душу терзают сомнения. С унылым видом бреду к дому со своей омерзительной ношей.

Ставлю пакет с мусором возле стиральной машины и отправляюсь на поиски Мутти. Она сидит в гостиной с чашечкой какао в руках и читает книгу. Харриет устроилась в кресле вместе с Мутти. В комнате уютно потрескивает большой камин.

– Ну и что? – вопрошает Мутти, глядя на меня из-под очков для чтения.

– Ну и то, – откликаюсь я и ныряю в кресло напротив.

Харриет беспокойно поводит бровями, видимо размышляя, стоит ли переметнуться ко мне. Черт возьми, как бы там ни было, она – моя собака…

– Ко мне, Харриет! Ко мне! – ласково зову я, похлопывая по стоящему рядом стулу.

Харриет смотрит мне в глаза, вздыхает и с отрешенным видом устремляет взор на пламя в камине.

Мутти решительно берет Харриет за шкирку и сбрасывает на пол. Собака взвизгивает от неожиданности и с обидой смотрит на Мутти.

Мутти снимает очки и гипнотизирует Харриет взглядом. Через некоторое время собака с неохотой плетется ко мне и укладывается в ногах.

– Хочешь какао? – Мутти кладет очки на стол, что стоит рядом.

– Нет, спасибо.

– Может, что-нибудь покрепче?

– Пожалуй. Блюпринт сегодня сбросил на землю ученицу.

– И как, обошлось?

– Кажется, да.

– Ну и слава богу.