Сара Груэн - Время перемен

Однако тешу себя надеждой, что Дэн находит в этих чертах характера своеобразное очарование. Но есть одно препятствие, которое преодолеть невозможно.

Я обожаю Дэна и больше всего на свете хочу подарить ему детей. Но не могу. Бесплодие, которым я страдаю, лечению не поддается и вот уже в течение многих лет является причиной безграничных страданий. С того самого момента, когда я, очнувшись от наркоза после рождения Евы, поняла, что срочная операция, спасшая жизнь дочери, лишила меня матки. Дэн никогда не заводит об этом разговор, но я-то знаю, что его жена Джил умерла от рака яичников, который обнаружили при лечении бесплодия.

Итак, что приобретает Дэн, женившись на мне? Своевольную неврастеничную тетку в качестве супруги, не менее своенравную и совершенно неуправляемую падчерицу и вдобавок свекровь с тяжелым характером, которая, несомненно, захочет, чтобы мы жили в ее доме. И никакой надежды завести детей.

Много раз я прокручивала в голове нашу ситуацию, но от этого лучше не стало. Красивая упаковка здесь не поможет.

И вот я лежу в кровати, и мое одиночество разделяет только такса. От горя и чувства собственного бессилия скриплю зубами и никак не могу остановиться.

Харриет уткнулась носом мне в подмышку, будто свинья, что роет землю в поисках трюфелей. Она раскаивается в совершенном предательстве и хочет загладить вину. Вот и потащилась добровольно за мной в спальню. За это я ей благодарна и тронута до слез. Чувствую тепло длинного собачьего туловища, что крепко прижалось ко мне. Харриет скребет передними лапами по простыне, будто хочет вырыть нору. Я глажу таксу, тереблю пальцами шелковистые уши и распутываю комочки сбившейся шерсти.

После трехчасового ожидания понимаю, что Дэн сегодня не появится, и надежда спокойно уснуть мгновенно испаряется.

Спускаюсь тихонько вниз и иду в денник, где находится Восторг. Уткнувшись лицом ему в гриву, вдыхаю полной грудью родной запах.

Хочу устроить Дэну испытание, не звонить первой и посмотреть, насколько его хватит. Прошло три дня, но Дэн так и не появился и даже не позвонил. Что ж, всякому терпению наступает предел. Мутти права, через девять дней мне исполнится сорок, и если я не возьмусь за ум и не перехвачу бразды правления в свои руки, рассчитывать не на что.

Отпустив последнего ученика, сажусь в «Камри» и направляюсь на ферму «Рассвет». Проезжая по дорожке к дому, на одном из пастбищ вижу Сквайра.

Да уж, точно аппалуза. На туловище ни единого пятнышка, не считая прилипшей грязи. Сквайр по-прежнему очень худой, но раздувшееся брюхо исчезло. Завидев машину, он настороженно поднимает уши, поворачивает гордо посаженную голову в мою сторону и принюхивается. Можно подумать, Сквайр меня узнал.

Дэна нигде не видно, хотя внедорожник стоит на обычном месте. Обхожу конюшни, заглядываю в кабинет и в трейлер. Уже собираюсь сесть в машину и пуститься в обратный путь, но тут появляется Дэн верхом на Мейфлауэр. Это единственная лошадь, которую не пришлось спасать. Красавица скаковой породы паломино, принадлежавшая Джил, покойной жене Дэна. Стыдно признаться, но я до сих пор ревную Дэна к Джил.

Дэн одет в джинсы и короткую куртку. На голове ковбойская шляпа, а на руках – кожаные перчатки. Он, как всегда, предпочитает стиль езды «вестерн» и держится в седле так красиво, что и мне однажды захотелось попробовать. Ничего хорошего из этого не вышло, слишком глубоко укоренился во мне английский стиль, к которому Дэн, несмотря на все мои старания, не проявляет интереса. Я не позволила Дэну удлинить стремена, и когда пустила лошадь кентером, кожаные путлища буквально «зажевали» ноги.

Дэн меня заметил и теперь весело улыбается.

– Привет, детка. – Он держится обеими руками за луку седла. – Не ждал тебя сегодня, но рад видеть. Что случилось?

– Да так, ничего особенного, – отвечаю я ледяным голосом. – В понедельник дочь уехала из дома, а я расстроилась и проявила недопустимую рассеянность. В результате по моей вине лошадь сбросила на землю одну из учениц.

– Господи! Надеюсь, ничего серьезного?

– Девочка не пострадала, но моей заслуги тут нет. Я задумалась и заставила учеников ездить кентером в течение десяти минут. А от тебя вот уже четыре дня ни слуху ни духу.

Перекинув правую ногу через седло, Дэн спешивается и поправляет шляпу, а потом перебрасывает поводья через голову Мейфлауэр. А я смотрю на его широкую спину и жду ответа.

– Прости, я собирался позвонить. – Я слежу за движением его локтей, пока он ослабляет подпругу. – Но пришлось работать по четырнадцать часов в день, чтобы успокоить лошадей из новой партии. Ведь до сих пор они не общались с людьми, не считая уколов, что им постоянно делали в трейлере. А жеребят впервые оторвали от матерей. Некоторых удалось приручить, но надо изрядно потрудиться, прежде чем отдать в новые семьи. Однако я правда перед тобой виноват, и должен был выбрать время и позвонить. Может, подождешь меня в доме? Я быстро.