Сара Груэн - Время перемен

Мы уже подъехали к дому и поднимаемся по крыльцу, а Ева все говорит и говорит:

– А видела, как я попросила его поменять ноги в галопе? И Джо, не задумываясь, все выполнил, да так легко, словно это не стоило ему никаких усилий! Ой, бабушка! – радостно вскрикивает Ева, завидев Мутти.

Она вихрем набрасывается на мою оторопевшую от неожиданности мать и начинает кружить ее в неистовом танце.

– Меня приняли! Приняли! И ты не поверишь, дали личную лошадь!

– Личную лошадь? – Брови Мутти удивленно ползут вверх.

– Ага, его зовут Дымчатый Джо из породы нокота. Его все так боятся, что дали кличку Дымящийся Пистолет. Но мы сразу поладили. Ой, бабушка, жаль, что ты нас не видела! Изумительное зрелище, мы просто парили над землей. И сразу поняли друг друга. Джо ведь никого к себе не подпускал, а я, как только его увидела, сразу поняла…

Я некоторое время с разинутым ртом смотрю на дочь, а потом заученно, будто робот, вешаю сумочку за дверью.

– Ты куда собралась? – спрашивает Мутти.

– Никуда, – тихо роняю я.

Но вопрос обращен не ко мне: Мутти смотрит в сторону коридора.

Ева уже исчезла из вида, и только слышится топот ног по лестнице. Понятно, перепрыгивает через две ступеньки. Потом слышится стук захлопнувшейся двери в Евиной спальне.

Я беспомощно смотрю на Мутти.

Сверху доносится шум выдвигаемых ящиков, из которых выбрасывается на пол содержимое, и скрежет стульев по полу. Вскоре дверь в спальню Евы открывается, опять гулко топают ноги, и открывается уже другая дверь. Интересно, куда она пошла: в ванную или в комнату Мутти? А может, в кладовую, где хранится белье? Через некоторое время Ева что-то тащит по коридору.

– Понятно, она свозит в свою комнату чемоданы на колесиках.

Мутти молча движется к холодильнику и извлекает бутыль шардоне, которую мы начали вчера вечером.

– Нет, не надо, – с убитым видом отказываюсь я. – Спасибо, но что-то не хочется.

Мутти, пожав плечами, водворяет бутыль на прежнее место.

Я натягиваю куртку, а в комнате наверху все еще с грохотом открываются и закрываются выдвижные ящики комода.

Восторг стоит, не шевелясь, а я вожу руками по его туловищу и время от времени прекращаю это занятие, чтобы отряхнуть приставшую к ладоням шерсть, похожую на свалявшийся войлок.

Лошадь линяет не из-за смены температур, просто стало больше дневного света. По собственному опыту знаю, что удалять выпавшую шерсть лучше руками, а не щеткой. Да щетки с собой и нет, и пришла я не с целью почистить Восторга. Мне сейчас необходима его компания.

Сквозь зарешеченное окно пробивается тусклый лунный свет, в лучах которого Восторга можно принять за представителя ганноверской породы. Нет, неправда. Даже в ночном полумраке отчетливо видно, как великолепно он сложен.

Я все выбираю вылинявшую шерсть, и в конце концов Восторг с глубоким вздохом опускает уши. Понимаю, что убаюкала лошадь, и, припав к прохладному гладкому плечу Восторга, утыкаюсь носом ему в шею. Полной грудью вдыхаю чудесный родной запах.

Через некоторое время захожу с левой стороны, обхватываю руками грудную клетку Восторга и, упершись руками, подпрыгиваю. Оттолкнувшись ногами от стены, взбираюсь ему на спину.

Ноги свободно свисают, я наклоняюсь вперед и укладываюсь лошади на шею. Обеими руками обнимаю голову Восторга, взъерошиваю гриву, потом дотягиваюсь до ушей и начинаю их почесывать.

Через некоторое время откидываюсь назад, и моя голова оказывается у него на крупе. Спина у Восторга мягкая и теплая. Как приятно ощущать под собой его позвоночник. Наши позвонки образуют идеальное сцепление, как в застежке «молния». Скрестив на груди руки, закрываю глаза.

– Эй, радость моя!

Услышав голос Дэна, Восторг напрягается всем телом, а я, ухватившись за его бока, мгновенно вскакиваю и открываю глаза.

– Прости, не хотел тебя пугать, – извиняется Дэн.

С глухим стуком соскакиваю с лошади.

– Не торопись, я могу подождать наверху.

– Нет, не надо.

– Приятно видеть тебя верхом на Восторге, хотя бы для начала и в деннике.

Чувствую, как лицо заливает густая краска.

– Эй, да что с тобой? – В голосе Дэна слышится беспокойство.

Я стараюсь держаться, но не могу и прижимаюсь лицом к плечу Дэна.

– Ох, какой ужасный день мне пришлось пережить.

– А что случилось?

– Еву приглашают в школу Натали Дженкинс.

Дэн молчит очень долго, и я, не выдержав, поднимаю голову и встречаюсь с его оторопелым взглядом.