Роберт Ирвин - Ложа чернокнижников

— Чертовски скверное начало. Вот, наверное, отчего ты такой тощий. Что дальше? Куда теперь?

Люди за соседними столиками смотрели на Гренвилля с благоговейным трепетом. В их наркопараноидальных умах любой человек в костюме казался агентом полиции — но только не в таком костюме, как у Гренвилля.

Я ответил, что мы никуда не пойдем, потому что после обеда здесь, в Арт-Лаборатории, состоится показ фильма Кеннета Энджера «Открытие храма наслаждений». Гренвилль никогда не слышал об Энджере, что, впрочем, неудивительно. Члены Ложи в Швейцарском Коттедже далеки от достижений американского культурного андерграунда. Когда я сказал Гренвиллю, что Энджер — режиссер экспериментальных фильмов, он скривился.

— В моем лексиконе «экспериментальный» — это всего лишь вежливое название для всякой скучной и претенциозной дешевки, — заметил он.

Программа Арт-Лаборатории полна сюрпризов. Фильм «Пламенеющие создания» Джека Смита в дневной программе не значился. Да и как он мог значиться, если это запрещенный фильм без лицензии Комитета по цензуре? Тем не менее его показали перед фильмом Энджера. Гренвилля глубоко шокировали кувыркания трансвеститов и сцены насильственного куннилингуса. Честно говоря, меня это тоже шокировало, когда я смотрел этот фильм впервые, но сегодня я смотрел «Пламенеющие создания» уже в третий раз. «Открытие храма наслаждений» я смотрел уже по пятому разу. Не считая нас с Гренвиллем, публика состояла из кинолюбителей, которые думали, что смотрят фильм. Но на самом деле Энджер поставил ритуал, обрекающий их души на проклятие. «Открытие храма наслаждений» — это сборище оккультистов. После окутанных дымом титров следуют призывания Гора — Венценосного младенца. Великий Зверь, Шива, и его супруга Кали приветствуют гостей на обряде. Среди приглашенных Лилит, Изида, Пан и Астарта. Роль Гекаты исполнял сам Кеннет Энджер. Чезаре — сомнамбула из фильма «Кабинет доктора Калигари» — воскрешен и принимает участие в мероприятии в роли дворецкого, а призрак Кроули, явившийся в голубоватой дымке, неотступно следует за участниками обряда. Яркий блеск и обилие плоти привораживают глаз. Это похоже на психоделический мюзикл, снятый в лавке старьевщика, где все отполировано до блеска. Но язык тела — это не просто актерская импровизация — жесты явно заимствованы из того же источника, что церемонии, совершающиеся в Ложе.

Когда гости на экране начинают беззвучно произносить тосты в честь успеха своего предприятия, поднимая чаши с яхе (ядовитым и одновременно приводящим в состояние экстаза напитком), сидящий рядом Гренвилль достает серебряный портсигар, открывает его и протягивает мне, чтобы я угощался. Портсигар набит аккуратно свернутыми косяками. Поскольку Гренвиллю кажется отвратительной привычка хиппи затягиваться одним косяком, мы закуриваем каждый свой. Под влиянием избыточной образности, марихуаны и славянской страстности в звуковом оформлении фильма я уплываю в мир грез. Гашишный дым, тенью промелькнув по экрану, клубясь, собирается под низким потолком, напоминая сгущающуюся эктоплазму какого-то экстрасенсорного проявления. Целлулоидная фантасмагория была надувательством. Нет, двойным надувательством; магия — это ложь, и кино — это ложь, соответственно — это древний и современный способы торговли иллюзиями. Оператор и чародей одинаково манипулируют светом и тьмой. А мы, зрители, заживо похоронены в темном склепе древней иллюзии.

Фильм шел недолго. Когда зажегся свет, Гренвилль разворчался:

— Психоделическая попойка, и больше ничего. Никакого действия. Все равно что трахаться без оргазма. Но вот что пришло мне в голову. Этот парень, Энджер, явно кое-что знает о Высшей Магии, но только кое-что. По сути он — дилетант, который снимает людей, которые понятия не имеют, о чем идет речь. А вот завтрашнее Освящение — дело реальное… Разумеется, придется все поведать Магистру…

Вернувшись в Ложу, мы присоединились к остальным, то есть занялись окуриванием и очищением Ритуальной Залы. Ужина не было, так как солнце уже село и до окончания завтрашнего ритуала мы все должны поститься. (Возможно, Гренвилль был так недоволен, из-за того что перед постом я угостил его макробиотической пищей.) Оставшись один в своей комнате, я стал заучивать слова ритуальных ответов.

Оглядываясь на последние два дня, я думаю, что Гренвилль проводил со мной так много времени потому, что завтрашний ритуал Освящения Девственницы очень важен — как и мое участие в нем, — и они боятся, что я могу удрать. Дело в том, что, благодаря совокуплениям с девственницами, Магистр на самом деле моложе, чем это кажется. Видимо, Ложа рассматривает регулярный обряд дефлорации как своего рода процедуру по поддержанию физической формы.