Борис Пугачев - Зеркало для слепого

— В целом наш стандартный. В основном вода итальянского производства. Цены много ниже закупочных. Даже в Польше. Упаковка намного лучше. Бутылки такой фигурной формы, как женщина. Их в Москве еще нет. Воды получится фур семь. Будут приходить с интервалом в день-два. Мы с Серафимой прикидывали — с объемом справимся. Другие товары берем на пробу. Партии небольшие. Цена их с учетом транспорта и растаможки процентов на пять-десять выше, чем аналогов, которые мы покупаем в Москве, но происхождение товаров должно это компенсировать. Все же чистая Италия, а не польская подделка. Даже если и попадем с этой разницей в цене, то не сильно, а ассортимент пополним. В общем, рядовая операция. Сроки поставки короткие. Сергей обещает, что в первой половине февраля все получим.

— А одежду ты считаешь не перспективной?

— Да. Почему — я тебе пояснил. Дополнительно замечу: наша военная спецодежда почти перестала продаваться. Отчего?

— Производство упало. Рабочих мало. Денег нет.

— Это, конечно, присутствует, но полагаю, что основная причина в другом. Тащат дешевую одежду, например, из Турции. Да и из твоей Польши. Не хотят уже люди в военных обносках даже работать. В Турции майка доллар стоит, с надписью на груди. Курточки разноцветные. Пошив современный. Выбирай — не хочу. Все это и определяет конец бизнеса со спецодеждой. Сколько времени он просуществовал?

— Полтора года. Да и существует пока. Продаем же понемногу.

— Считай, что уже не продаем. Я этот «бизнес» хочу отдать Александру Павловичу в Дмитров. Пусть поработает. Вкус коммерции почувствует. Заодно и от нас близко будет. С покупкой его хозяйства надо подождать, но отпускать его от себя не стоит. Я уже соответствующие распоряжения Серафиме подготовил. Будет что-то капать — и хорошо, но как направление нужно ликвидировать. Затевать новый такой бизнес не хочется.

— Не согласен. Одежда— как хлеб, всегда нужна. Просто надо следить за модой.

— Тут не спорю. Конечно, есть крупные игроки, которые определяют рынок одежды. Рынок этот всегда будет, но мы, как я тебя пытаюсь убедить, не такие. Слабые мы для этого. Это рынок огромный, а наш удел — ниши, где еще никого нет. Только там мы можем рассчитывать на какой-то более или менее длительный успех.

— Спорно. Мое мнение иное, но никто нам не мешает искать, как ты выражаешься, ниши. Будем искать, но кушать хочется всегда. Зачем ломать налаженное?

— Я не ломаю. Просто пытаюсь высвободить ресурсы. Избавиться от отжившего. Заметь, мягко избавиться. Александр Павлович будет работать на нас, не требуя денег и людских резервов. Серафима сможет полностью сосредоточиться на продуктах.

— Ну, здесь я согласен. А что с ювелиркой делать будем?

— Не знаю. Родное это. Игорь Николаевич еще один участок создает. Приглядел подвал. Кстати, здесь недалеко, на Масловке. Аренда там копеечная.

— Зачем? У нас и так затоварка.

— Он хочет изменить ассортимент. Полностью закрыть ювелирку, ювелиров уволить и сосредоточиться на камнерезке.

— Думаешь, что это перспективно?

— Думаю, да. Юра на это пойти не смог, а Игорь Николаевич решился. Кроме того, он надеется на продолжение танзанийского проекта. Ищет инвесторов. Меня допытывает. Посмотрим. Вдруг когда-то что-то срастется. Материалы он все время дополняет, составил нечто, похожее на бизнес-план, но никак не решится передать нам. Считает, что держит в руках золото, которое обеспечит его старость.

— Может быть, он прав. Ты же обещал заложить материалы в сейф. Он вероятно, ждет.

— Похоже. Поедем в Варшаву открывать счет в банке и возьмем его с собой. Спрячет свои драгоценности в сейф, успокоится. Думаю, в ближайшие год-два всем будет не до добычи золота и камней в Танзании. Своего неразработанного хватает. Государство, по-моему, даже алмазы добывать не хочет. Стоит вопрос об отдаче вторичной переработки отвалов частным старателям. Это может стать новым Эльдорадо. Зачем в Танзанию ехать, когда прямо здесь аналогичное отдают? Возьмут отвалы, а под них все остальное выкопают.

— А что с терраблоками ты надумал?

— Тут какой вопрос? Автомобильная тематика без них зависнет. Да и металлические изделия дают прибыль. Опять же кредиты…

— Я не об этом. Что с готовыми терраблоковыми установками делать?

— Сам мучаюсь. Покупать их никто не хочет. Программу государственную, с которой ЦНИИСК бегает, саботируют. Не желают с этим связываться, а тем более финансировать.

— Может, это та ниша, о которой ты сегодня говоришь? Давай сами вложимся.