Борис Пугачев - Зеркало для слепого

— А кто виноват? Тебя все время дома нет.

— Ты уже большая девочка. Можешь и самостоятельно что-то делать.

— Обещал же на ночь глядя не поучать.

— Хорошо. Пойдемте ужинать. Мама, у тебя все готово?

— Идите в столовую. Ужин через десять минут.

— Мам, я тебе помогу!

— Не надо. Иди с папой. Я сама все сделаю.

В столовой Родик включил телевизор и уютно расположился в любимом кресле. Наташа взяла стул и устроилась рядом. Родик всем своим существом ощутил, насколько уютно дома. Он так давно не наслаждался домашним комфортом… На экране телевизора мелькали какие-то картинки, но Родик не обращал на них внимания. Говорить тоже не хотелось. Его настроение, вероятно, передалось Наташе. Она затихла и, переместившись на подлокотник кресла, прижалась к Родику. В это время, мгновенно разрушив идиллию, пронзительно зазвонил телефон.

— Дьявол! Что за жизнь? Ни минуты покоя. Зачем гадина Белл придумал эту мерзкую штуковину? Хотя, возможно, это дядя Миша… Тогда Белл прощен. — Родик отстранил Наташу, взял в руку трубку и раздраженно сказал: — Да.

В трубке сначала послышались какие-то шорохи, а потом сквозь них пробился голос Михаила Абрамовича:

— Родик, это ты?

— Я, я. Как дела?

— Все очень хорошо. Из города мы выехали без проблем. Идем по трассе. Нас никто еще не останавливал.

— Слава Богу. Постучи по дереву и сплюнь через левое плечо.

— Стучу… Мы примерно полпути проехали. До Москвы, если все будет нормально, доберемся между тремя и пятью утра. Едем медленно. Все же машины новые, да и колонна большая.

— Не занимайся планированием. Трасса есть трасса. Все должно идти своим чередом. На въезде в Москву вас точно остановят. Действуй, как я тебя учил. Постарайся перед Кольцевой мне позвонить. Я хочу вас около завода встретить.

— Что, опять тебе куда-то надо ехать? — спросила Наташа, подслушав разговор.

— У любопытной Варвары на базаре нос оторвали, — ответил шутливо Родик. — Однако секрета нет. Мне нужно очень рано утром встретить дядю Мишу с целой сворой грузовиков.

— Зачем вам столько грузовиков?

— Хотим их отправить в Польшу и там продать.

— А что, там своих нет?

— Таких нет. Это грузовики-вездеходы. Подобных даже у американцев нет. Лучшие в мире. Плюс еще и дешевые.

— А я думала, что в Америке все самое лучшее…

— Неверно думала. Ты живешь в могучей стране. У нас много первоклассных ученых и инженеров. Напомню тебе, что мы первыми покорили космос. Просто сейчас переживаем тяжелые времена. Это случается в каждом государстве. Ты же изучаешь историю — в США тоже были такие периоды. Гражданская война, Великая депрессия…

— У них одежда здоровская и фильмы…

— Помнишь пословицу: вид блестящий, а сам смердящий? Одежда — не самое главное. Перед нашей страной просто стояли другие задачи. После войны были разруха и голод, требовалось в первую очередь думать об этом. В США война ничего не разрушила, поэтому они имели возможность заняться одеждой, развлечениями. Подожди. У нас этого добра скоро будет вдоволь.

— Хорошо бы!

— Не главное это. Ты учись. Образование — самое важное, — посоветовал Родик и задумался: «Говорю ребенку о патриотизме, а сам в своих словах не уверен. Страна на грани краха. Все свои достижения планомерно уничтожает. Надеемся, что Запад и Америка что-то дадут, а они могут дать только еду и одежду. Да и то потому, что боятся голодных и голых с ядерным оружием в руках. Технологии, научные достижения они нам не предоставят. Самим нужны, а вот наши прибирают к рукам. Лучших специалистов к себе переманивают, научные достижения за копейки покупают. Вон в закрытых городах стали ученым доллары платить и к себе приглашать. Те нажрутся и все расскажут, а то и останутся там. Однако надеяться надо на лучшее. Каждое безвременье имеет свой срок. Как говорит мудрость: «И у самого длинного дня есть конец». Даже немецкий фашизм всего около десяти лет просуществовал. Может быть, и у нас это временная и необходимая ломка. Придут мировые демократические стандарты. Моральные нормы восстановятся. С наукой и производством будет сложнее. Хотя после революции многое сумели наверстать, и даже кое в чем Запад перегнали. Смотря как далеко развал зайдет.

Что, если это наш путь? Криво дерево, да яблоки сладки. Надо думать именно так и детей соответствующим образом воспитывать…»

— Папчик, а мы после театра кукол пойдем в ресторан обедать? — вывела Родика из размышлений Наташа.

— Пойдем, — автоматически ответил он и опять подумал: «Ребенка интересуют лишь шмотки и развлечения. Были ли мы такими? Возможно. А сейчас их осуждаем. Проблема отцов и детей… Извечная. Наверное, мы о том же мечтали, но нам просто никто этого дать не мог. Вот и заполняли вакуум чтением и общением. Скорее всего, мои слова — это самозащита. Сам себя хочу убедить, а внутри червяк грызет. Может быть, Наташка инстинктивно это чувствует и поэтому сопротивляется. Ведь понимает прекрасно, что вопрос ее меня разозлит…»