Борис Пугачев - Зеркало для слепого

— В Сокольники. Ближе к Матросской Тишине, — ответила «лейтенант».

— Да. Замечательно. Вот и не верь в существование особых точек. Вы случайно не пожарную каланчу арендовали?

— Все шутите. Там большущий клуб есть. Мы там себе даже офис оборудовали.

— Тогда, наверное, в одной из камер следственного изолятора вашей конторы? Леночка, дорогая! Зачем вам это? Хотите, пользуйтесь моим. Бесплатно, естественно.

— Ну, Родион Иванович, прекратите! Мы с Сергеем практикуем.

— Это ново. За деньги?

— Жить как-то надо.

— Сглаз снимаете, порчу, лечите путем забрасывания недугов в Космос? Родовые проклятия снимаете? Как когда-то нам…

— Это тоже делаем.

— Так вы что, уволились? А я-то мечтал, что будем звездочки новые обмывать. А может, вас выгнали за провал противогазной операции?

— Шутка, Родион Иванович, повторенная дважды — уже не шутка. Вы нас вообще с этим замучили. Не смешно, — обиженно сказала «лейтенант».

— Ну ладно. Не сердитесь. Погнали. Кстати, вы не будете против, если я заеду по дороге минут на десять-пятнадцать в больницу? Там рядом.

— Конечно. Делайте, как считаете нужным. Мы во времени не ограничены.

Повернув у каланчи направо, Родик вскоре добрался до больницы. Оставив «лейтенанта» и «майора» в машине, он поспешил к знакомому корпусу.

В ординаторской было полно народа в белых халатах. Родик высмотрел Сергея Николаевича и знаками попросил его выйти. Тот выглянул и на немой вопрос Родика ответил:

— У нас тут мероприятие. Не волнуйтесь. Завтра выписываем. Все хорошо. Через полгода снимем железо, и он обо всем забудет.

— Отлично. Я на днях заскочу. Просто случайно рядом оказался.

Родик прошел в палату. Николай, увидев его, доброжелательно улыбнулся, опираясь на костыли.

— Приветствую вас, — сказал Родик. — Почему все еще на костылях? Сергей Николаевич говорит, что завтра вас выписывают.

— Придется еще немного поковылять. Пока без них не могу. Спасибо, что мне их достали, а то дефицит.

— Послезавтра с Лидой приезжайте ко мне в офис. Я вас на работу оформлю. Трудиться, конечно, не будете, пока только зарплату получать. Не забудьте трудовую книжку и закрытый бюллетень.

— Спасибо. Во сколько нам быть?

— Давайте в одиннадцать. Еще раз сказать, как добираться?

— Нет, спасибо. Лида знает.

— Ладно. С пищей у вас все нормально?

— Домой часть придется забирать. Вы нас закормили.

— Много — не мало. Только по поводу выписки не устраивайте пьянку.

— Немножко-то выпить можно?

— «Немножко» у вас не получается. Мне Лиде позвонить?

— Не надо. Она опять ругаться станет.

— То-то. Отдыхайте. До послезавтра.

Родик вернулся к машине. Садясь за руль, услышал вопрос «майора»:

— Как он себя чувствует?

— Кто?

— Ваш пострадавший.

— Если вы такой всевидящий, то должны и без меня это знать. Командуйте, куда ехать…

Дом культуры, на базе которого планировали создать клуб, можно было назвать дворцом, как это когда-то и делали. За ажурной металлической оградой возвышалось огромное здание в стиле сталинского ампира. Помпезный вход с рядом массивных деревянных дверей вел в просторное фойе, а дальше — в огромный зал, который мог бы украсить любой театр. На втором этаже располагалось еще одно фойе, с живописными колоннами и буфетной стойкой. Различных, относительно небольших помещений было так много, что Родик потерял им счет и с трудом понимал, в какой части здания они находятся.

Отличительной особенностью всего, что он видел, было полное запущение. Когда-то прекрасный паркет местами вздыбился, вероятно, от протечек, а местами был варварски выломан. Стены облупились. Немногочисленную мебель можно было охарактеризовать одним словом: «рухлядь».

— Ну и что? — спросил Родик, закончив осмотр. — Сережа, вы хоть приблизительно представляете сумму, необходимую для того, чтобы привести это в порядок? Кстати, ни спортивного зала, ни бани я не увидел.

— До этого мы не дошли. У них через два квартала располагается спортивный комплекс. Там все есть, включая бассейн.

— В таком же состоянии?

— Требуется некоторая реконструкция.

— Надо все считать. Ремонт и реконструкция потянут тысяч на триста-четыреста долларов. Это не самое трудное. Но вкладывать такие деньги в чужое помещение — это даже не идиотизм. Что-либо серьезное можно делать, если нам помещение продадут или передадут на долгий срок каким-то другим способом. Добывайте документы, ведите переговоры. Пока не будет ясности по этому вопросу, что-то предпринимать, по моему мнению, нецелесообразно. Если удастся как-то забрать помещение, то я двумя руками «за». Деньги достану. А будет ли в этом помещении клуб или что-то иное, сейчас обсуждать рано.