Борис Пугачев - Зеркало для слепого

Жизнь есть страдание и неудовлетворенность.

Родик приехал в офис к обеду. Его встретил Михаил Абрамович. Лицо его выражало радость, а глаза подтверждали, что чувство искреннее. Пожимая Мишину слегка влажную ладонь, Родик понял, что и он рад вновь погрузиться в привычную рабочую суету, ставшую за последние годы существенной, а может быть, главной частью его жизни. Знакомые вещи на рабочем столе, легкий беспорядок, картинки на стенах… Он сделал круг по офису, постоял несколько минут у окна в переговорной комнате и, наконец, занял свое место.

Михаил Абрамович устроился напротив на стуле и, помолчав несколько минут, с каким-то особым придыханием в голосе произнес:

— Наконец-то. Рассказывай, пропащая твоя душа.

— Чего рассказывать? Был, как знаешь, в Турции. Сначала интересно, даже очень. А потом целую неделю прозябал без денег в вонючей гостинице. Центр Стамбула изучил лучше, чем улицу Горького. Сувениры никому не привез, поскольку официально я ездил в Душанбе… Рассказывай лучше ты. Я понял по телефону, что немало нового.

— Да, много чего произошло… Автомобильное направление процветает. ГАЗы-66 готовы к отправке. Днями надо перегонять. Водители на старте, стоянка подготовлена. Как и договаривались, сделаем им в Москве профилактику — и айда в Польшу. Правда, зарубежные паспорта получить им не удалось. Проблемы. Однако я договорился, что в Бресте их заменят поляки. Визы им Янек оформил. Так что выкрутились. КрАЗы и «Уралы» от Виктора Григорьевича тоже надо из его воинской части забирать. Он иззвонился, но без тебя я не знал, откуда взять деньги.

— Из выручки склада, конечно.

— Ну, я не стал своевольничать, ты же не распорядился. Твой любимый Игорь Николаевич Сирович уволился из Академии наук, принял у Юры камнерезку. Знаешь, мне не нравится, что там происходит…

— Не заморачивайся, я разберусь. Это сегодня не самое главное.

— Все остальное без изменений. Саша трудится, твои идеи по металлическим дверям и решеткам реализует. Пока ты отсутствовал, один достаточно большой заказ для церкви выполнил. У Серафимы на складе все ровно. Я особенно не лез, ограничивался обменом рублей на доллары и обратно. Все делал в торговом доме «Негоциант». Для сопровождения Сашу и Юру брал. Курс скачет. Отчет у меня есть, но он неутешительный. Слабые потуги, хотя убытков нет. Надо обсудить. Может, проще сразу в товары переводить? Складские объемы позволяют, а цены в целом отслеживают доллар. Кроме того, зелень скоро из Польши пойдет.

— Возможно, ты и прав, но не будем делать скоропалительных выводов.

— Да, твои йоги — Лена и Сергей меня замучили. Все допытываются, где ты…

— Как же они, всевидящие, не смогли узнать это в своем Космосе? Хотя, если мое предположение о том, что Космос — это кагэбэ, а они «лейтенант» и «майор», верно, то во мне пропал великий конспиратор. Я с ними свяжусь. Наверное, пора камни резать. С удовольствием этим займусь. Да и с деньгами швах. Не грех подзаработать. Что не повествуешь о самом больном — о противогазах? По телефону я понял, что стараниями моей Лидочки все устаканилось, но хотелось бы подробно. Все же основная причина моих странствий.

— Все произошло, как ты и запланировал. Деньги Лидии Степановне я передал. Что она делала на своем противогазном заводе и как она уговорила Гражданскую оборону — не знаю. Но произошло чудо. Противогазов на Павелецкой товарной, полагаю, уже нет. Как все разобрались между собой с деньгами — не контролировал. Важно, что напряг с Ключевского и заодно с нас снят.

— А что основной виновник, Ключевский — успокоился? Припадков новых не было? А то страшно с ним общаться.

— Боюсь, что не успокоился. Он продолжает утверждать, что все проплачено. Похоже, он свихнулся, хотя при мне в конвульсиях больше не бился.

— Тяжелый случай. Да Бог с ним. Больше меня волнует Лидочка. Мы перед ней в неоплатном долгу. Как бы с завода ее не турнули. Да и мне сейчас как с ней встречаться? Беду могу накликать. Сначала нужно вместе с нашими бандитами разобраться в происходящем. Я с семьей-то опасаюсь общаться. Да-а-а… Вопросик. Что еще?

— Я во все вникнуть не успел. Наверное, много чего еще есть. Остальное тебе расскажут ребята. Через час все соберутся, как ты и просил. Да, вот… Тебя тут активно домогался директор какого-то завода около Дмитрова. Оставил телефон.