Стэн Барстоу - Рассказ о брате

— Спасибо, что вы согласились провести со мной вечер.

— Ну а вам спасибо за приглашение, — сказала она весело. — Все было чудесно.

— Значит, можно вас пригласить еще раз?

— Отчего же не попробовать.

Ей самой показалась противной эта фраза в стиле фабричной девчонки, но произнеслась она как‑то сама собой. Маргарет открыла дверцу машины.

— К сожалению, я не могу пригласить вас на чашку кофе.

— Ничего. Я понимаю. Может, как‑нибудь зайдем к нам домой? Я познакомлю вас со своими.

Ее охватила паника. О боже, так скоро! Она промолвила: «Это было б очень мило», — выскользнула из машины и помахала ему рукой.

— Только утром не опаздывать.

— Нахал, — засмеялась она.

Он подождал, пока она откроет дверь, потом рычание мотора разорвало тишину и мгновенно угасло вдали.

Она закрыла дверь и осталась стоять в темноте передней. Все та же мелодия звучала у нее в голове. В доме стояла тишина, но еще с улицы она обратила внимание на свет в комнате Уилфа. Читает или пишет? Может, с романом пошло на лад? Постучать в дверь к Уилфу? Она посидит у него, и само его присутствие, звук спокойного голоса утешат ее. Но, наверное, сейчас у него Поппи, именно сейчас он обнимает ее. Маргарет быстро пошла к лестнице, стала подниматься к себе. В это время из ванной вышла Поппи. От неожиданности Маргарет замерла на месте.

— А, это вы, Маргарет. Мне послышалось, отъехала машина. Что с вами? Я вас напугала?

— Мне казалось, все уже спят, кроме Уилфа. Я заметила у него в комнате свет.

— Уж он пока не ляжет. К нему брат недавно приехал.

— Не очень‑то подходящее время для визита. Уилф ждал его?

— Да нет. В пол — одиннадцатого звонок. Уилф пошел открыть, ну и видит — здравствуйте пожалуйста. Ничего, переживет. Сегодня у него одни сюрпризы, — на что‑то намекнула она. — А вы хорошо провели время? Вы что‑то бледненькая.

— Да голова болит. Может, от вина?

— Ну, иногда можно себе позволить. Есть аспирин?

— Да, есть.

— Примите сразу две и выспитесь как следует. Хотите, приготовлю вам чашку какао?

Доброта Поппи безмерно тронула ее. Маргарет отвернулась.

— Ничего, спасибо.

— А может, этот парень с вами обошелся не так, а?

Маргарет покачала головой.

— Не обращайте на меня внимания, — сказала она, — я ужасная плакса, стыдно признаться даже.

— Женщине полезно иногда поплакать, — Поппи обняла Маргарет за плечи. — Пойдемте ко мне. У меня удобно и тепло. Посидим, поболтаем.

Маргарет позволила увести себя. «Поболтаем». Как же ей хотелось с кем‑то поговорить, боже мой, как ей нужно поговорить с кем‑нибудь о своей жизни!

Некоторое время они молчали. Гарри зажег еще одну сигарету от собственного окурка, опять безуспешно поискал глазами пепельницу, потом откинулся в кресле.

— Пожалуй, я тоже закурю, — проговорил Уилф.

— А мне казалось, ты бросил.

— Бросил. Но вдруг сейчас захотелось.

Сделав глубокую затяжку, Уилф почувствовал себя школьником, который в первый раз курит по — взрослому. Казалось, дым проникает прямо в мозг.

— Ух ты.

— Ты это, давай, не очень‑то, — спокойно сказал Гарри.

Вторая затяжка была покороче. Уилф взглянул на сигарету без особого энтузиазма.

— И что я раньше в них находил?

Гарри обводил глазами комнату.

— А ты неплохо устроился. Работай — и все. Приходи — уходи, когда хочешь, и никому до тебя дела нет.

— Да, можно жить своей жизнью. В известных пределах, конечно.

— Как это в пределах?

— Всюду есть свои барьеры, никуда не денешься.

— Это точно… А вот твоя хозяйка очень даже ничего. Хорошо сохранилась.

— Да, — Уилф ответил сухо. — Так говоришь, мать не знает, где ты?

— He — а. Я поехал в Калдерфорд, зашел в паб, пропустил два стаканчика, потом вижу автобус в твою сторону, ну я и сел. Пока тебя искал, уйму времени потратил.

— Представляешь, что она подумает утром, увидев пустую кровать?

Гарри заерзал на стуле.

— Мне ж надо с кем‑то посоветоваться, и уж не в Бронхилле, конечно. Про такое люди молчать не умеют. Попробуй расскажи кому‑нибудь, к вечеру узнает весь поселок. Да мать все равно небось узнала, если, конечно, он исполнил угрозу.

— Думаешь, он серьезно намеревался это сделать?

— По крайней мере, так мне сказал. Если б люди помирали от чужой злобы, я б там свалился на месте.

— Ей — богу, в жизни не видывал, чтобы человек настолько сатанел.

— Ведь я тебя предупреждал, что он за тип. Другой человек просто избил бы тебя как следует и успокоился. А Ронни вон хочет подать в суд.