Стэн Барстоу - Рассказ о брате

— Погоди, мы до этого еще не дошли. Ишь какой кровожадный.

Питер уютно устроился между ручкой кресла и Маргарет.

— А мне очень нравится это место.

— Ну, слушайте, — начала Маргарет. — Жил — был мальчик по имени Джек, а жил он со своим дедушкой в густом — густом лесу. Дедушка был дровосек, он рубил деревья и колол их на дрова, для того чтоб заработать на жизнь себе и бабушке. А у Джека был огород, и он выращивал в нем разные — разные овощи.

— Однажды, — затараторил Питер, — он пошел в деревню, и один человек дал ему особое семечко, Джек его посадил, а когда проснулся, то увидел огромный стебель, который вырос до самых облаков. Я это все знаю. Давай рассказывай, как он вошел в замок и увидел там великана.

— Какой ты нетерпеливый, — сказала Маргарет, — я буду рассказывать все по порядку или вообще ничего не буду рассказывать. Вот посмотри, — она почувствовала на плече тяжесть от другой белокурой головки, — Анджела уже спит, так что сиди и слушай.

— Я слушаю.

— Ну вот. Джек взобрался на бобовый стручок и полез наверх. Он все лез и лез и забрался так высоко, что уже и земли не видно. Впереди лежала длинная дорога. И вот он по ней пошел. Он все шел, шел, и кругом не было ни одной живой души. Он очень, очень устал и хотел есть, и стал уже подумывать о том, как было б хорошо сидеть сейчас дома и ужинать вместе с бабушкой. И тут он увидел впереди на холме огромный замок. Никогда еще он не видал такого огромного замка. Он решил — пойду постучу в ворота и попрошу короля, ну, или вообще узнаю, кто там живет: а нельзя ли мне там переночевать? Разве он знал, что в замке живет совсем не король, а страшный злобный великан?

— Не знал, — ответил Питер с выражением ужаса и восторга и поглубже запрятался в кресло. — Давай рассказывай дальше.

Маргарет рассказала, как великан поймал Джека, как Джеку удалось убежать и как он потом убил великана, забрал все его богатства и отдал людям.

— И потом все зажили счастливо, — закончила она.

— Кто зажил счастливо?

— И Джек, и бабушка, и все, все люди на земле.

— Потому что не было больше злого великана?

— Правильно. Ну вот, а теперь тебе пора спать.

— А больше там не было злых великанов?

— Нет, не было.

— А почему Джек жил с дедушкой и с бабушкой? А не с мамой и папой, как все другие дети?

— Потому что злой великан съел у него и маму и папу, и больше ему жить было не с кем.

— А у нас есть мама и папа, да, Марджи?

— Лаура нам не мама.

— А кто она?

— Никто. Просто Лаура.

— А что она тогда здесь делает?

— Живет с нами, вот и все.

Отец хотел, чтоб они называли ее матерью, Питер и Анджела быстро привыкли, а Маргарет была слишком привязана памятью к родной матери, и высокая красивая женщина, которую отец привел в дом полтора года назад, никак не могла занять ее место.

— А где наша мама?

— Наша мама умерла.

— Умерла?

— Ее позвал бог, и она ушла. Ты ее помнишь? Помнишь, как мы жили, когда была мама?

— Не знаю.

Мальчик ответил смущенно. Он был не очень смышленый ребенок, и вспомнить что‑то отдаленное ему было просто не под силу. Сама Маргарет имела смутное представление о необратимости жизни и смерти и часто думала о том, что, может, богу надоест держать у себя мать и он отпустит ее назад домой. Но она знала, что, если только позволить другой женщине занять ее место, тогда уж бог никогда ее не отпустит. Поэтому она все время вспоминала ее и цепко держалась за одну мысль: кем бы ни была Лаура, она им не мать.

— А если наша мама умерла и уехала от нас, то почему Лаура не может стать нашей мамой? — спросил Питер, и тогда Маргарет сказала:

— Когда ты появился на свет, у тебя была настоящая мама, а если мама уедет или умрет, уже никто ее заменить не может. А теперь вставай. Надо отнести Анджелу в кровать, а то она проснется.

Питер вылез из кресла и начал вышагивать по комнате, приговаривая басом: «Арды — барды умпачека. Чую запах человека!»

Анджела пошевельнулась во сне, и Маргарет шепотом приказала Питеру замолчать. С Анджелой на руках она подошла к двери перед лестницей на второй этаж.

— Сейчас я за тобой приду.

Вернувшись, она увидела, что Питер сидит на корточках перед печкой, а в руках у него зажженная спичка. Подскочив к нему, она с силой оттолкнула его, он растянулся на полу.

— Сколько раз я тебе говорила не играть со спичками?

Она поставила Питера на ноги и продолжала кричать:

— И оставь печку в покое! Лезешь куда не надо! Вот смотри, и коврик запачкал. Дело кончится тем, что ты дом подожжешь!