Элизабет Страут - Братья Берджесс

Проходя мимо универмага «Блумингсдейл», она услышала, как пухлая дама говорит кому-то по телефону: «Представляешь, купила подушки в гостиную, точь-в-точь нужного оттенка!», и ощутила внезапное тепло ностальгической радости – как будто увидела первый распустившийся крокус. Пухлая дама несла большие пакеты, похлопывающие ее по пухлым бедрам, такая счастливая внутри своей жизни. В этом была роскошь обыденности, и Хелен внезапно поняла: все по-прежнему с ней и никуда не делось – подруги, которые хотели ее видеть, любящий муж, здоровые дети…

Когда она сидела в кафе на седьмом этаже универмага и ела йогуртовое мороженое с фруктовым соусом, зазвонил телефон.

– Ты не поверишь! – воскликнул Джим. – Зак пропал! Исчез!

– Милый, ну не мог же он взять и пропасть.

Хелен пыталась одновременно удержать телефон и промокнуть рот салфеткой. Она чувствовала, что на губах остался фруктовый соус.

– Еще как мог.

Джим не был зол. Он был этим известием просто раздавлен. Хелен еще не слышала, чтобы муж говорил таким убитым голосом.

– Я лечу туда сегодня вечером.

– Можно мне с тобой? – Хелен уже давала знак официантке, чтобы та принесла чек.

– Если хочешь. Но там все очень плохо. Он оставил Сьюзан записку. «Прости меня, мама».

– Записку?!

Хелен поймала такси и всю дорогу представляла, как Зак уходит из дома, написав матери пару слов. Что теперь делает Сьюзан? Мечется по дому, звонит в полицию? Что вообще делают в подобных обстоятельствах? Известно что, звонят Джиму. (Если честно, сидя в такси, летящем по Атлантик-авеню, Хелен испытывала толику острого, будоражащего волнения. Она уже видела, как будет рассказывать детям: о, это было ужасно, папа чуть с ума не сошел, я тотчас примчалась домой, и мы поехали в аэропорт.)

Чарли запретил ей звонить, и Джим тоже, но Сьюзан, не дожидаясь приезда братьев, все-таки позвонила Джерри О’Хару. Было уже довольно поздно, и она готовилась положить трубку, если ответит его жена, но к телефону подошел сам Джерри. И Сьюзан тут же выдала ему, что Зак пропал.

– Джерри, что мне делать?

– Как давно его нет?

Она не знала. Зак был дома в восемь утра, когда она уезжала на работу. По крайней мере его машина стояла на месте. А когда Сьюзан приехала домой в час дня – клиентов в тот день было мало, и начальник разрешил попозже вернуться с обеда, – на кухне лежала записка. «Прости меня, мама». И его машины не было.

– Что еще пропало? Он взял какие-то вещи, одежду?

– Кое-что из одежды, спортивную сумку и мобильный. Еще свой кошелек и компьютер. В смысле, ноутбук. Если бы он собирался покончить с собой, он не стал бы брать ноутбук, правда? Так ведь не бывает?

Джерри спросил, не заметила ли она следов взлома. Сьюзан ответила, что нет. Джин Дринкуотер была у себя наверху и ничего не слышала.

– А входные двери вы днем запираете?

– Да.

– Я могу прислать кого-нибудь, чтоб посмотрели, но…

– Ой, не надо! Я просто спросить хотела… Я вообще жду братьев, они уже едут. Я спросить хотела, правда ведь Зак ничего с собой не сделает, раз взял с собой компьютер?

– На этот вопрос тебе никто не ответит. Он был подавлен?

– Напуган.

– Пока ситуация выглядит так, – произнес Джерри. – Взрослый мужчина уехал из дома на своей машине, прихватив кое-что из вещей. У нас нет оснований полагать, что с ним что-то случилось. Мы даже не можем принять заявление о том, что человек пропал без вести, пока не пройдет двадцать четыре часа с момента исчезновения.

Это Сьюзан уже знала со слов Чарли и Джима.

– Извини, пожалуйста, что я тебя побеспокоила.

– Да ничего, Сьюзан. Я понимаю, ты же мать. Братья скоро приедут? Ночевать одной не придется?

– Вот только что подъехали. Спасибо тебе, Джерри.

Джерри долго стоял в гостиной – до тех пор, пока жена не позвала его ужинать. За годы работы в полиции он так и не понял (хотя кто бы мог понять?), почему беды валятся на одних людей, а не на других. Самому Джерри повезло с сыновьями. Один служил в полиции патрульным, другой стал школьным учителем, и кто знает, почему им с женой так посчастливилось? Удача могла отвернуться от них в любой момент. На глазах у Джерри счастье людей прерывал один телефонный звонок, один стук в дверь. Начальник полиции знает, как изменчива удача.

Джерри пришел в столовую и галантно отодвинул для жены стул.

– Что это ты делаешь? – игриво спросила она и вдруг обняла его за шею.

И некоторое время они вместе мурлыкали любимый мотив тех времен, когда их роман только начинался. Это была песня Уолли Пэкера: «Я сердцем чую, ты будешь моей…»