Богдан Сушинский - Батарея

– Уверен, что никому из вас не хочется, чтобы по территории, которая вскоре может оказаться территорией Транснистрии, его гнали под конвоем! Да, случилось так, что мы с вами оказались в плену, точно так же, как немало русских оказалось в эти дни в нашем и германском плену! Но этот храбрый и благородный русский капитан, который совсем недавно командовал десантом, захватившим плацдарм на правом, румынском, берегу Дуная, и теперь известен под псевдонимом Черный Комиссар, великодушно позволил нам идти на сборный пункт пленных под моим командованием, без русских конвоиров…

Пока он произносил свою речь, Гродов достал блокнот донесений, вырвал листик и написал на нем записку: «Всем командирам РККА. Удостоверяю, что колонна румынских военнопленных направляется на сборный пункт под командованием капитана румынской армии Штефана Олтяну. Командир береговой батареи капитан Гродов».

– Такого не может быть, – простуженно прогнусавил тем временем унтер-офицер, оказавшийся в первом ряду. – Русские специально провоцируют нас на побег, чтобы где-то в поле перестрелять.

– Если бы они хотели перестрелять нас, то отвели бы к ближайшей ложбине и перестреляли, – возразил ему один из десантников. – Кто им здесь судья?

– Вот именно, если бы нас хотели перестрелять, – поддержал его Олтяну, – то, наоборот, усилили бы конвой и вообще долго с нами не возились бы. Однако на деле все не так. Капитан Гродов полагается на мое «слово офицера» и верит, что мы дойдем сами. Но при этом предупреждаю: всякого, кто попытается выйти из колонны без моего разрешения, пристрелю.

– Слишком велик соблазн, господин капитан, – предупредил его унтер-офицер.

– Что, опять на передовую захотелось? Под пули и осколки? Радуйтесь, что остались живы. И потом, если хоть одному из вас удастся бежать, его все равно поймают, поскольку через линию фронта перейти он не сумеет, а все остальные, стоящие в этой колонне, будут расстреляны еще до того, как его схватят.

Лейтенант морских пехотинцев о просьбе Олтяну не знал. Он уже начал уводить своих бойцов в степь, в сторону ближайшего хутора, который служил ему ориентиром при возвращении в батальон, однако, поняв, что на обочине дороги происходит что-то необычное, вернулся метров на двадцать назад:

– Вы что, товарищ капитан, с ума сошли?! – с ужасом в голосе прокричал он.

– Что за непочтительность, лейтенант?

– Вы действительно намерены отпустить этих мамалыжников без конвоя, чтобы они разбежались по нашим тылам?

– Вы передали колонну мне, – сухо напомнил ему Гродов. – Поэтому за все, что происходит с этой минуты, несу ответственность я. – Капитан тоже сделал несколько шагов навстречу лейтенанту и негромко добавил: – К тому же, согласитесь, когда пленные враги без конвоя километров десять идут на сборный пункт… С пропагандистской точки зрения в этом что-то есть.

– Разве что… с пропагандистской, – неуверенно согласился морской пехотинец.

И еще какое-то время они стояли у обочины пыльной дороги и наблюдали, как колонна пленных под командованием вышагивавшего впереди капитана удаляется в сторону Одессы.

Едва Гродов вошел на командный пункт, как позвонил командир дивизиона майор Кречет и, скороговоркой поздравив его с ликвидацией диверсионной группы, приказал готовить батарею к бою.

– Уже готова, товарищ майор. Ждем дальнейших указаний.

– Тогда подтрибунально слушай вводную. Крупными силами, до полка пехоты, с двумя эскадронами кавалерии, при поддержке танков и артиллерии, враг прорвался к поселку Антоново-Кодинцево и, таким образом, вышел на стратегическое шоссе Одесса – Николаев.

– В таком случае задача уже ясна. – Достаточно было Гродову взглянуть на карту, чтобы понять, что ситуация на этом участке фронта действительно сложилась угрожающая.

– Тем не менее слушай приказ: «Огнем батареи подавить румынскую группировку, облегчив тем самым действия нашей пехоты».

– Есть подавить, – спокойно, уверенно ответил комбат.

– Насколько мне известно, телефонная и радиосвязь со штабом полка морской пехоты, а также с другими подразделениями у тебя налажена. Поэтому старайся максимально координировать свои действия с пехотинцами.

– Есть максимально координировать.

– Теперь уже очевидно, что конечная цель нового наступления противника – прорваться к берегу моря и, таким образом, полностью отрезать одесский оборонительный район от остальной части страны, оставив ему только морскую связь с Крымом и Кавказом. А значит, задача нашего дивизиона – всей мощью огня подтрибунально поддерживать пехоту, ряды которой к сегодняшнему дню катастрофически поредели.