Богдан Сушинский - Батарея

Подарок и в самом деле оказался царским. Никогда раньше подобной машины Гродов не видел. Направляясь сюда, он был уверен, что речь идет о какой-то бронированной легковой машине, на самом же деле это была небольшая походная крепость на колесах, немного смахивающая на тот трофейный английский броневик времен Гражданской войны, фотографию которого капитану когда-то приходилось видеть в пособии по бронетанковым войскам.

Оборудованный по принципу бронированного трехосевого микроавтобуса, он предполагал рядом с водителем место пулеметчика; дальше, в двух боковых полубашнях, у щелей с заслонками, теснилось по стрелку, и, наконец, в задней средней части возвышалась башенка, похожая на небольшую корабельную рубку. Под куполом этой башни, на турели, располагался небольшой пулемет с круговым обстрелом, а в нижней части ее – удобное командирское сиденье, на пульте перед которым покоились рация, внутреннее переговорное устройство и нечто среднее между перископом и стереотрубой, позволявшее вести круговой обзор местности.

Еще одного стрелка-автоматчика можно было пристроить у щели в «кормовой» дверце, на том месте, где сейчас в беспорядке громоздились два запасных колеса, ящики с патронами и гранатами и даже два ящика с трофейной тушенкой, которые полковник приказал своим краснофлотцам оставить в виде застольного – «от нашего стола – вашему столу» – подарка пушкарям.

– Странно, что румыны не вывели этот броневик из строя, – молвил Гродов, оставшись очень довольным осмотром чуда бронетехники.

– Мы взяли его на хуторе вместе с полуэскадроном кавалеристов, – объяснил полковник, – которым уже было не до бронеавтомобиля. Причем экипаж, судя по всему, погиб во время артобстрела, находясь вне машины. Или, может, бежал, считая, что бурьянами пробиться к своим проще, нежели на броневике. Ты же знаешь цену «стойкости» этих вояк-мамалыжников.

Пока командиры разговаривали, «моторный самородок», как называли теперь на батарее Пробнева, уже разобрался в моторе и в управлении броневика и внимательно осмотрел его, а сержант Жодин осваивался рядом с ним на месте пулеметчика.

– Не возникало соблазна превратить этот броневик в свой передвижной штаб, в эдакий бронеблиндаж на колесах? – прямо спросил капитан, удивляясь тому, что Осипов так легкомысленно расстается с этой во всех отношениях удобной машиной.

– Возникал, естественно. Да только прикинул, что располагать его следует подальше, в тылу, куда перебазироваться мне сейчас никак нельзя. А здесь, на передовой, это уже не штаб, а цель… на колесах. И потом, верю, что ты распорядишься им с большей пользой для фронта, нежели я. Может быть, потому, что авантюризма у тебя по молодости лет значительно больше.

– Авантюризма хватает, в этом вы правы, – не стал скромничать Гродов. – И вообще, в любом случае, постараюсь вас не разочаровывать.

– Тут у тебя радио и рация. Дать специалиста, чтобы помог разобраться?

– Кроме того, что изучал средства связи в военном училище, окончил еще и специальные радиокурсы, так что попытаюсь вникнуть…

– Мне тоже показалось, – проворчал полковник, – что готовили тебя, не будем уточнять где, но явно не для того, чтобы ты прозябал на береговой батарее. Хотя и там ты тоже вроде бы не прозябаешь.

– Словом, воюю, как учили, – сдержанно подытожил Гродов.

Не прошло и двух минут, как заработали сначала радио, а затем и рация.

– «Легионер-012», «Легионер-012», – по-румынски донеслось прямо из рации, работающей без наушников. – Вижу, что ты появился на связи. Где ты находишься?

– «Легионер-012» на связи, – вспомнил комбат, что бортовой номер этого броневика «012».

– Это лейтенант Ботушану?

– Да, он-он. Ты радист? Позови кого-нибудь из офицеров.

– Сейчас позову дежурного. Оставайтесь на связи.

– Ты так лихо говоришь по-румынски?! – вполголоса удивился полковник, уставившись на комбата.

– Скорее, по-молдавски, – так же вполголоса ответил капитан и тут же приложил палец к губам. – Важно, что теперь я знаю свою фамилию – Ботушану.

– Я младший лейтенант Петреску, – послышался из радиопередатчика совсем юный голос.

– Здесь лейтенант Ботушану, позывной «Легионер-012». Я ранен в плечо.

– Мне уже сообщили, что вы ранены.

– Доложите командованию, что нахожусь в тылу у русских, в трех километрах юго-западнее хутора Шицли. – Гродов умышленно говорил слабым, приглушенным голосом, дабы делать его менее узнаваемым. Но, очевидно, дежурный офицер связи и не был знаком с тем, в роли кого Дмитрий сейчас выступал.