Ванане - Дым в горах

– Беги, Ануш! – выкрикнула Маринэ в бесконечном отчаянии.

Ануш, через секунду сомнения, крепко взяла за руку брата и, не оборачиваясь, лишь слыша непрерывные крики, бежала все дальше и дальше. Платок с драгоценностями выпал из ее рук, но времени забрать его больше не было. Она оставила свою маму позади, не зная, увидит ли ее снова. Городок превратился в один большой крик и шум, ударяющий по ушам детей. Ануш краем глаза увидела, как нескольких мужчин насильно посадили на колени в ряд солдаты, и зажмурила глаза. Девочка тянула Арамика за собой, а он лишь следовал за ней.

– А как же мама? – наконец спросил мальчик.

Ануш сжала губы вместе, стараясь не заплакать.

– Она нас еще найдет, Арамик, ты только беги со мной, ладно? Смотри на меня. Никуда больше не смотри.

Ребенок кивнул, крепко держась за сестру. Ануш пробежала сквозь дома, стараясь игнорировать каждый звук, и остановилась перед дверью. Несколько раз постучав, она увидела седого морщинистого старика, приоткрывшего дверь. Его толстые брови почти соприкоснулись, и он быстро запустил их внутрь, закрыв дверь.

– Ануш? Где ваши родители?

Ануш лишь промолчала, смотря на знакомое лицо, и нервно сглотнула, кидая взгляд на младшего брата. Сосед помрачнел и двумя широкими шагами оказался возле книжного шкафа. Он с трудом отодвинул его, обнажая глубокую трещину в стене. Повернувшись к детям, он позвал их к себе, взял карту и компас со стола и вручил их девочке, спрятавшейся с братом в узком тайнике. Старик опустился на корточки, пальцем указывая на границу с Грузией.

– Ануш, слушай меня внимательно, – мужчина быстро оглянулся, нервно сглотнув, и вернулся к девочке. – Вам с Арамом нужно дойти до Грузии. Идите на северо-восток. Это вот здесь, – старик трясущимися руками показал на компас и поднял глаза на детей. – А сейчас сидите тихо и шепотом посчитайте мне тысячу овец, – чуть дрожащим голосом произнес он.

– Спасибо, дядя Тигран, – тихо ответила девочка, распахнутыми от страха глазами стараясь запечатлеть морщинистое лицо соседа в памяти.

Старик взмахнул рукой, рисуя в воздухе крест. Дети завороженно следили за его движениями.

– Да сохранит вас Иисус Христос, – прошептал он и вернул книжный шкаф на прежнее место.

Ануш взглянула на Арамика с огромной любовью, возможной только между братом и сестрой. Она чуть наклонилась к нему, играя с волосами мальчика, и начала считать. Тихо, размеренно, четко, она не останавливалась и не плакала, хоть с каждой цифрой слезы подступали все сильнее. Закрыв уши брата, Ануш слушала, как за шкафом гремел звон кинжалов, но и шум ее не сбивал.

Время тянулось все дольше и дольше, растворяясь в пространстве и мыслях девочки. Вдруг перед ее глазами встало лицо мамы, ласково смотрящей на своих детей, и Ануш охватила невероятная пустота внутри, словно всю ее душу разграбили, украли. Словно ее души больше и не было вовсе.

Прошло несколько часов, и, наконец, заметив, что брат заснул, она прекратила считать. Ее веки тяжелели с каждой секундой, и как только девочка сдалась, она погрузилась в кромешную темноту.

Трогая нервно висок, Ануш разглядывала карту и компас. Путь до Грузии ей показался таким коротким, но таким он был лишь на листке бумаги. Мягким движением руки девочка разбудила Арама. Его ресницы вздрогнули и глаза открылись. За книжным шкафом становилось жарко, хоть стены и пол оставались прохладными, а запах сырости уже въелся детям в ноздри.

– Как ты, Арамик? – спросила Ануш, стараясь улыбаться как можно шире.

Сон не сумел вылечить рану в ее душе, и она медленно разъедала девочку. Но перед братом она хотела казаться сильной, зная, что ему и так страшно. Ребенок просто пожал плечами и почесал лоб.

– Я хочу кушать, – ответил Арам. Только после этих слов Ануш тоже ощутила голод и поправила его взлохмаченные волосы.

– Мы что-нибудь придумаем, – произнесла девочка и толкнула шкаф в сторону изо всех своих сил. Сквозь маленькую образовавшуюся дырку она просунулась сама и вытащила мальчика. На мгновение Ануш замерла, не узнавая дом, в который зашла всего лишь несколько часов назад. Большинство мебели исчезло, и все оставшееся было перевернуто вверх дном. Книги были разбросаны по полу, и девочка, внимательно оглядывавшая комнату, собрала их и красиво уложила на полки. Со всем остальным она уже не могла справиться.

Дети вышли из дома, и едкий дым, наполняющий весь город, окружил их. Арам недовольно почесал нос, смотря на то, как черное небо нависло над ними, вызывая у ребенка страх. Они остались в своих белых пижамах, босые, и лишь июнь был милосерден к ним. В воздухе стоял неприятный запах жареного мяса.