artofwar.ru - Беслан

Даже после штурма, когда было очевидно, что число погибших подошло к четырем сотням (по крайней мере, уже в пятницу вечером, когда я звонил в оперативный штаб, эта цифра была известна), нас продолжали 'щадить'. 'Из-под завалов извлекли 90 трупов… 100…

106…' – рапортовали каждый час официальные вруны.

Если постепенно, в час по чайной ложке, вроде и не так страшно…

'Террористы считают, что они сильнее нас', – сказал президент.

Наверное, он (а точнее, те, кто писал ему речь) полагал, что звучит это очень эффектно.

А на деле – так оно и есть. Да, террористы сильнее нас. Потому что еще ни в одной стране мира за неделю не случалось 5 терактов, да еще такого масштаба.

406 погибших в Беслане. 90 – в двух самолетах. 8 – на

'Рижской'. Этот счет явно в пользу террористов.

А что в ответ? Мы до сих пор не знаем даже, сколько бандитов орудовало в школе.

Говорили сначала о тридцати. Троих якобы задержали, восемь нашли бездыханными. Где же еще девятнадцать?

'Анонимные источники' (о неприятном всегда говорят 'анонимные источники', чтобы потом не с кого было спрашивать) рапортуют: ведется поиск оставшихся тринадцати террористов. Потом отчего-то объявляют, что ищут уже не тринадцать, а четырех, хотя число задержанных при этом не меняется.

Дескать, боевики покинули здание под видом заложников. Какая низость! (Помнится, поза-поза-позапрошлый директор ФСБ Барсуков тоже очень сильно сокрушался, что блокированные в Первомайском чеченцы ушли из тройного кольца окружения, ибо никто не мог предположить, что они умеют бегать босиком по пашне.)

Как будто не было до этого 'Норд-Оста' и уходивших из него боевиков. Как будто не было Первомайского и Кизляра.

Спецслужбы так сроднились уже с этими граблями, что впору менять щит с мечом на щит и грабли. И ордена за теракты надо тоже давать, увенчанные граблями, потому что ордена все равно будут, как бы позорно ни проводились операции, ибо такая уж сложилась у нас добрая традиция: вместо отставок – ордена.

Единственный генерал, у которого хватило совести подать сейчас в отставку, – это осетинский министр внутренних дел, хотя его вины, как и вины милиции в целом, здесь меньше всего. ФСБ, а не МВД в первую голову отвечает за борьбу с терроризмом.

Вопреки всеобщему убеждению борьба с терроризмом – это вовсе не 'Альфа' и 'Вымпел', отравляющий газ и шумовые бомбы. Это – кропотливая оперативная работа. Внедрение в банды. Вербовка агентуры.

Не с последствиями терактов надо бороться, а с причинами.

Упреждать. Не допускать. Локализовывать заранее. (К каждой школе, к каждой остановке, к каждой станции метро не приставишь по автоматчику.) Но для этого необходимо иметь в стане террористов надежные источники информации. А их, похоже, как раз и нет.

Череда последних терактов наглядно показала слепоглухоту наших спецслужб. Что толку от рассказов: теперь-де мы знаем всех боевиков поименно. Это все равно что, если врач, у которого то и дело на операционном столе умирают пациенты, станет похваляться тем, что зато он знает точные причины смерти.

Где были наши хваленые спецслужбы, когда 30 вооруженных бандитов – арабов и негров – входили в Осетию? Где были они, когда шахидки закладывали взрывчатку в самолеты – ясно ведь, что, не имея сообщников в аэропорту, преступники действовать не могли.

Не до этого им было. В очередной раз реорганизовывались и реформировались, потому что всего 2 месяца назад Путин подписал указ о новой структуре ФСБ. Понятное дело, в целях 'оптимизации',

'усиления', 'повышения эффективности'. Но теперь нужно, оказывается, создавать 'гораздо более эффективную систему безопасности' (еще одна цитата из президентского обращения).

Подождите. Как же так? Всего 2 месяца назад отреформировали – и опять по новой?

Да и куда еще эффективнее? И без того – передали в ФСБ погранслужбу, половину ФАПСИ. Каждый второй министр – выходец с

Лубянки.

Сколько угодно можно перестраивать, перекраивать, латать.

Только от перемены мест слагаемых сумма не изменится.

Разруха, говорил профессор Преображенский, не в клозетах, а в головах.

За десять последних лет ФСБ пережила столько реформ, сколько не было за все предыдущие семьдесят. Каждая новая приводила к вымыванию профессиональных кадров.

Результат – налицо.

И наверное, не стоит удивляться, что вот уже полгода должность начальника оперативно-розыскного управления – того самого, которое в первую очередь занимается борьбой с терроризмом, – остается вакантной…