artofwar.ru - Беслан

Дело в том, что "туман войны", т.е. невозможность полностью предвидеть действия неприятеля, заложен в самой природе войны (в том числе и террористической), поскольку та происходит в режиме реального времени. Разведка не может собирать и сопоставлять все сведения обо всех неприятельских планах с безусловным опережением по времени, а любое опоздание – хоть на день, хоть на час – эти сведения уже обесценивает. Что в них проку, когда вражеская операция уже началась? И если в ходе больших войн регулярно прохлопывалось время и место операций с участием многотысячных армий, которые все-таки позаметнее, чем группа двуногих тварей, они же борцы за свободу, что же говорить о войне террористической.

При этом чем большего предвидения в режиме реального времени требуют от спецслужб, тем более частую сеть они должны растягивать, и в идеале все граждане должны оказаться под колпаком. Идеальное предвидение немыслимо без идеального полицейского государства, и, требуя спецслужбистской работы без единого прокола, нужно осознавать, чего это будет стоить. Не говоря о том, что одно лишь предвидение и предупреждение враждебных действий (которое к тому же в принципе не может быть 100%-ным) – это стратегия чисто оборонительная, а одной обороной войну не выиграешь.

Все сказанное выше – никак не к тому, что больше ничего не остается, кроме как, завернувшись в простыню, ползти на кладбище

(вар.: искать политического соглашения с терзающими детей двуногими тварями). Все это к тому, что безусловно необходимая оборонительная роль спецслужб должна быть дополнена задачами наступательными. Проще говоря, участники акций типа буденновской или бесланской должны быстро и неотвратимо умирать, где бы они ни находились. То же относится и к тем, кто выводит на подвиг праведных шахидов, и к тем, кто, сидя в безопасных Дубае, Лондоне, Турции, Эмиратах (где именно и какова цепочка – на то и службы, чтобы разведывать), строит достаточно изящные схемы типа августовско-сентябрьской. Конечно же, быстро умирать – это не в один месяц и пусть даже не в один год, но в смертях такого рода важна неуклонная поступательность. Существа должны уходить в землю одно за другим.

В смысле чисто разведывательном – в поиске тварей, подлежащих ликвидации, – задача отчасти легче, чем в случае оперативной разведки на упреждение, потому что здесь нет проклятия режима реального времени. Данные о том, где схоронилось существо, и о том, кто конкретно планировал изящную схему, не обязательно получать сию минуту. Опоздание ни на день, ни на месяц тут не критично, важно лишь, чтобы эти данные накапливались и приводили к быстрой смерти вычисленных существ. Кроме естественного чувства справедливости – существа типа бесланских, а равно их кукловоды не должны осквернять землю своим присутствием – есть и соображение вполне прагматическое.

Весь смысл нынешних атак в том, чтобы превратить граждан России в затравленных крыс, в ужасе ожидающих, кто следующий. Ситуацию необходимо обратить, чтобы в роли загнанных крыс оказывались двуногие борцы за свободу, неуклонно умирающие в своих норах. Даже если не удастся достичь идеального 100%-ного умирания, даже и

50%-ная дезинфекция произведет на них нужное действие – лишь бы она шла постоянно.

Тема засилья спецслужб сегодня стала дежурной, причем вправду нет уверенности, что нефтяной бизнес, правительственное служение etc. – это те сферы, где без чекистов никак не обойтись. В наступательной же деятельности им самое место, и родина будет им благодарна. Тем более что чем успешнее спецслужбисты станут умерщвлять двуногих тварей, тем меньше будет нужда в сверхчастой ячее полицейского государства, вечно ждущего удара из темноты. Твари должны ждать, кто следующий на ликвидацию. Такое ожидание сильно вразумляет.

Максим СОКОЛОВ

Сегодня Россия хоронит своих детей. И вчера мы их хоронили, и завтра будем хоронить. И так – до тех пор, пока не опознают последнюю жертву бесланской трагедии. А опознают не скоро. Уж слишком много людей после страшной развязки 3 сентября превратились практически в ничто. И слишком много пропали без вести.

Сегодня в нашем Отечестве траур. И завтра объявленный траур. И послезавтра – необъявленный. И так – до того дня, пока в черном списке жертв бесконечного террора не будет поставлена точка. Но, судя по развитию событий, в ближайшее время поставить ее вряд ли удастся. Сегодня над всей страной – приспущенные флаги. А над ними – черные ленты, опять взявшие верх над нашим государственным символом.