Валерий Цапков - Шоколадная медаль

— …довернуть гайки требует партия и командование, а следующий год командование требует сделать переломным в укреплении дисциплины. А чем же отвечаем мы? Букетом происшествий и преступлений. Передовые части дивизии уже повернули туда, куда мы и не мыслим. А все начинается с вас, товарищи офицеры. Все начинается с Чижова, который по полку в кроссовках ходит, с командира химзавода, который развел панибратство с солдатами, чуть ли не сигареты с чарсом им прикуривает, в разведроте от боевых освободили шесть человек, что они неделю в казарме делали? Почему на строевую подготовку я их должен выковыривать из всех щелей? Комбат-два!

— Я!!! — скрипнув стулом, из-за стола поднялся командир второго батальона.

— Опять патруль задерживает ваших солдат с пустыми флягами. До каких пор это будет продолжаться?!

— До конца сегодняшнего вечера, — угрюмо ответил комбат. Сев, он толкнул локтем Олегова.

— Из-за ваших меня дергают, — прошипел он, — выписать у начальника штаба фамилии и завтра весь день задержанные носят на шее чулки от ОЗК, наполненные водой.

По опыту курсантской стажировки в Кишиневе Олегов помнил, что в резиновый чулок от защитного костюма влезает одиннадцать литров вина. Он тут же представил, каково это — день проносить на шее двадцать два килограмма, и понял, что неистощимый на выдумку комбат придумал хороший педагогический прием. От водопроводной воды солдат и офицеров жестоко пробивало поносом, пить ее было запрещено, поэтому каждый солдат постоянно должен был иметь на поясе флягу с кипяченой водой, а лучше с отваром верблюжьей колючки.

Во дворец Олегов шел уже в темноте, долгих вечерних сумерек в этих краях не бывало. Топая ногами, мимо него прошла на ужин какая-то рота, оглушительно распевая на два голоса песню про коня, что гулял на воле. Он свернул и пошел через дворцовый сад тропинкой. Глаза еще не привыкли к кромешной тьме, он угадывал дорогу лишь по силуэтам деревьев и высоких кустов. Ничего не стоит сейчас какой-нибудь обезьяне меня из-за дерева по черепу трахнуть, мрачно подумал Олегов, оглядываясь по сторонам. Мысль эта страха у него не вызвала, наоборот, позвала за собой другую — и пусть бы трахнули!

— Гена, мне завтра в штаб дивизии нужно, на аэродром. Хочу по магазинам походить, — солгал Олегов, обращаясь к ротному, лежащему на кровати и задумчиво смотревшему телевизор.

— Валяй…

Дежурная машина за почтой выезжала как всегда около девяти утра. Олегов уже сидел в кузове, прижавшись спиной к брезентовому тенту, на всякий случай, чтобы никто не заметил. Он уже договорился с начальником связи полка, что тот его подбросит до аэродрома, где и размещались основные силы дивизии со всеми штабами, складами и военторгами.

Посигналив у ворот, машина выехала с территории резиденции и свернула налево. Пора, подумал Олегов и подвинулся ближе к кабине, стук сердца заглушал для него шум двигателя и свист ветра.

— Стой! Стой! — застучал он по кабине. Машина остановилась. Начальник связи, худощавый капитан, недоуменно посмотрел на него.

— Ты чего?

— Слушай, деньги забыл. Может, вернемся?

— Да ты что! Топай сам назад, через час начпрод на склады поедет, с ним и доберешься! Извини, не могу!

Олегов вылез из кузова и с досадой сплюнул.

— Вот невезуха… Ну ладно, я пошел.

— Счастливо, хорошо, что от полка отъехать не успели.

Махнув обиженно рукой, Олегов повернулся и пошел в обратную сторону, от проходной они отъехали метров на сто, остановившись перед перекрестком с круговым движением.

Впереди был самый опасный участок — метров двести по Шестой улице, до французского посольства, именно здесь было наиболее вероятно столкновение с УАЗиком какого-нибудь начальника. Он перебежал дорогу, кивнув головой в ответ на приветствие регулировщика дорожного движения в белой фуражке.

— О, черт!

Он увидел впереди, метрах в трехстах, чью-то командирскую машину. Загнанно глянув по сторонам, он резко свернул направо в ворота, из которых выходила группка мальчиков и девочек в черных одеждах. Они восторженно что-то кричали, показывая на него пальцем.

— Командор, как дела? — завопил кто-то из них по-русски.

— Хубаси, — бросил через плечо Олегов, быстрыми шагами уходя в глубь двора. Так же быстро он обогнул большое здание с надписью на английском языке» Технологический колледж» , через чахлый садик с вытоптанной детскими играми травой он подошел к сетчатому заборчику и легко перемахнул его.