Валерий Цапков - Шоколадная медаль

— Не понимаю…

Слова эти относились к записям, контрразведчик для расширения культурного кругозора попытался разобраться, что такое «советские блатные песни» . Славик же был крупным специалистом — имел двенадцать кассет по полтора часа каждая.

— Блатные — это песни бандитов? — недоуменно спросил тогда особист, — но почему тогда вы их так любите?

Славик засмеялся, затем опечалился, вспомнив, что пора искать способ переправить коллекцию в Союз, каждую кассету на границе таможенники прослушивали, а самодеятельность безжалостно изымали…

Вспомнив эту сценку, Найденов улыбнулся…

…Отоварились советники быстро, брали они обычно ящиками, не мелочась. Стоило им выйти, как в не успевшую захлопнуться дверь попытались протолкнуться сразу несколько человек, но их напор был отражен продавцом Лешей, бородатым мужиком, похожим на медведя. Женщин на территории части не было, когда только построили военторг, командир полка, рассудив, что «нет женщин — нет и «аморалки», истребовал продавца мужчину.

Найденов решил вмешаться, упорядочить толпу у дверей.

— А ну, разойдись! — растолкав солдат, он протиснулся к двери и, напустив на себя строгий вид, настоятельно произнес:

— Вы что, никогда не видели в программе «Время» очередь безработных на бирже труда в Америке? Стоят люди, не толкаются, хотя такие же голодные, как вы.

Солдаты заулыбались, но Найденову стало неловко, он почувствовал, что шутка не удалась, улыбки, в лучшем случае, результат вежливости, а в худшем — из страха, что придравшись к чему-нибудь, офицер вышвырнет из очереди. Он вспомнил услышанный где-то тезис, что юмор у офицеров оттого плоский, что в условиях, где подчиненные из чувства самосохранения подхалимски хихикают от самой бездарной шутки, способность острить не развивается, а наоборот, глохнет.

Неожиданно Найденов заметил солдата своей роты, Борю Загорного, невероятно худого парня, который тоже стоял в толпе, но старался спрятаться за чьей-то спиной. Вспомнив, что час назад Боря уже что-то покупал, он решил сделать вид, что не заметил его, а потом отловить на выходе из магазина.

Снова усевшись за стол дежурного под ливанским кедром, Найденов озабоченно оглядел площадку вокруг магазина — она была замусорена бумажками от югославских конфет и печенья, жестянками от греческих и голландских напитков.

— Верный разведпризнак, что разведывательная рота на боевых, — сказал он задумчиво и кивнул на захламленную территорию вокруг магазина, закрепленную за ротой, находящейся в это в районе Пагмана. Слова эти адресовались капитану Кириллову, полковому переводчику, который в ответ молча лениво кивнул, поудобнее устраиваясь на соседнем стуле, и аккуратно оторвал язычок от жестянки с освежающим напитком «Си-Си» голландского производства. Язычок отделился, издав мягкий щелчок, отверстие банки задымилось углекислотой.

— Боря, ты ли это? Ну-ка, иди сюда! — крикнул Найденов подчеркнуто радостно, как будто встретил лучшего друга, увидев, как Загорный, выйдя из магазина, пытается скрыться за углом. Услыхав голос своего замполита роты, Боря с обреченным видом побрел к столу дежурного по полку. Он шел ссутулившись, прижимая к животу спрятанные под формой покупки.

— Выкладывай…

Расстегнув пуговицы, Боря с несчастным видом стал выкладывать на стол пакетики с карамельками югославского производства, начиненными вишневым джемом, две банки сгущенного молока и пачку австрийского печенья, необычайно легкого, моментально тающего во рту.

— Что, я не имею права купить? — уныло спросил Нагорный.

— Конечно имеешь. Можешь даже съесть.

— Я не хочу здесь. Хочу в роте…

— Ну хоть одну конфетку ты можешь съесть при мне?! — зло спросил Найденов, чувствуя, что приходит в бешенство, хотя на несчастного Борю сердиться было нечего. Тот понуро стоял, опустив голову, не решаясь распечатать хотя бы один пакет, чтобы достать конфету.

— Что ты уже сегодня купил?

— Тоже самое… — еле слышно пробормотал Загорный

— Кто дал деньги?

Борис молчал, тяжело вздыхая, искоса бросая взглядом легкий укор Найденову.

— Сколько у тебя осталось твоих денег с получки?

— Полтора чека.

— Давай сюда.

Повеселев, Боря достал из кармана потрепанный блокнот и выудил из тайника за обложкой чек ВПТ и еще несколько бумажек-мелочь. Найденов тоже достал из кармана блокнот, раскрыл его на странице, где под заголовком «Кабул кредит банк» в столбик были переписаны фамилии личного состава роты. Найдя фамилию Загорный, он в графу «наличные» вписал-1,5. Графа «шмотки» у Бори была пуста.