Ирвин Уэлш - Клей

Я смотрю на него. Я мог бы сделать его прямо здесь и сейчас. Он это знает, и я знаю, и мы оба знаем последствия. Меня прижмут. С одной стороны копы, с другой Дойлы. Вот это удача. Причем не только о себе приходится думать. Билли вот вписался за меня, и ему по подбородку полоснули за здорово живешь.

– Тебя уже предупреждали, не заставляй нас повторять, – сказал, тыкнул в меня пальцем и зачесал нос. Нервы. Видно, как слезятся его глаза. Один на один – это не его стиль. Как в прошлый раз: тогда приссал и теперь тоже.

У него веснушки на роже до сих пор. Ему двадцать шесть, а то и двадцать семь лет.

– Прикол, в прошлый раз я как-то посильнее нервничал. Может, оттого, что ты был с компанией. Которой сейчас с тобой нет. – Я улыбнулся, смотря на него, а потом через его плечо на нее с ребенком, и чувство вины снова захлестнуло меня.

Малышке Жаклин все это ни к чему. Она смотрит на нас, и я не могу ответить ей взглядом. Я перевожу глаза на него. Тут гудит машина, он посмотрел туда, сказал: «До скорого» – и срулил.

– Вот именно, подпездыш гребаный, – засмеялся я, удивляясь, чего это он так заторопился.

Или, может, он подумал, что я вызвал подмогу. В секунду ярости я делаю шаг, но тут же останавливаюсь. Нет, еще не время.

Я обернулся посмотреть, кто гудел, это Билли, и с ним в машине Терри. Они вышли, а он прямо почесал прочь. Ничего удивительного. Добравшись до нее и Жаклин, он подхватил малышку и усадил себе на плечи.

Этот гондон усадил моего ребенка себе на плечи.

Они стали удаляться. И только блядина Гейл обернулась. Терри, стоя рядом со мной, холодно так улыбнулся, и она отвернулась.

– Ну и что за история? – спросил Билли, кивая миссис Карлопс, которая тащит по дороге два тюка с продуктами.

Я больше не хочу впутывать в это дело ни Билли, ни Терри. Полмонту пиздец. Он умрет. А Дойл? Я взглянул на шрам Билли. Мне терять нечего. Будь что будет.

– Нет никакой истории, – говорю и сам стараюсь улыбнуться миссис Карлопс. Бедная старушенция – прется по жаре с громадными сумками.

Билли подошел к ней, взял оба пакета, засунул их в себе в багажник и открыл перед ней переднюю дверь.

– Садитесь, миссис Карлопс, скиньте обувь, передохните, я вас отвезу.

– Тебе не сложно, сынок?

– Нам как раз по пути, миссис Карлопс, я к маме еду, совсем не сложно.

– Чего-то я слишком много на себя взяла, – прохрипела она, забираясь в машину. – К нам из Йорка приезжает семья нашего Гордона, так что я решила затовариться…

Терри смотрит на все это, как будто то ли миссис Карлопс, то ли Билли ведут себя как дебилы, и тут резко поворачивается ко мне.

– Они опять до тебя доябываются?

– Да брось, Терри, – отвечаю, но воздуха не хватает, а ногти врезаются в ладони.

Терри поднял руки, будто защищаясь. Он, похоже, попал под ливень. Волосы и куртка промокли. Билли провожает их взглядом до перекрестка. Малышка на его плечах. Дело в том, и это хуже всего, что он ей в самом деле нравится. Такое не сыграешь. Я вздохнул поглубже и постарался проглотить комок, застрявший в горле.

– Ну и че, какие планы?

– Я только с тренировки. Ехал по Гранджу, тут вижу – рыскает, чего б подтырить. У него чуть кишка не выпала, когда я его окрикнул.

– И чего ты там выискивал в Грандже, шлялся мимо больших вилл, как будто мы не в курсе? – спрашиваю.

– Я в чужие дела нос не сую, – кивнул он в их сторону, когда они уже скрылись из виду, – и от вас, мистер Голлоуэй, смею ожидать той же любезности.

– Логидзе, – отрезал я.

– Может, по кружечке? – спросил Терри.

Билли резко выдохнул и посмотрел на Терри, как будто тот предложил нечто несусветное.

– Никак не получится. Отвезу старушку Джинти Карлопс домой, а потом пойду к маме на ужин. Мне же нужно держать форму, я, между прочим, тренируюсь.

Терри давай тыркать его указательным пальцем в грудь.

– Так и мы тренируемся, готовимся к пивному фестивалю в Мюнхене.

Этим Билли не проймешь.

– Ну так и готовьтесь на здоровье. Увидимся завтра вечером у Карла в клубе, – сказал он, удаляясь к машине. Тут он обернулся и подмигнул мне. – Не запаривайся, старик!

Я выдавил улыбочку и подмигнул в ответ.

– Ладно, спасибо, Билли.

Билли запрыгнул в тачку и оставил нас вдвоем.

– Ох и гонщик этот Биррелл, знает, как трогаться, – засмеялся Терри. – «Сноп пшеницы»?

– Ну давай. Пивко не помешает, – говорю. Да любая хрень не помешает.

И мы двинули в «Сноп пшеницы». Терри пошел за пивом и завел музыкальный автомат. Я все еще как в тумане. Только и могу думать о том, как стрела из моего арбалета врезается в сраную башку Полмонта, после того как самурайский меч уже отделил ее от плеч. А потом отправить ее посылкой Дойлу. На, получай подарочек. Вот она, сила похуя.