Андрей Бехтерев - Смерть 2

– Спасибо – ответил Федор, – но ты так и не сказал, что ищешь.

– Что найдем, то и искали, – ответил Эдик, пожимая плечами.

– Звучит соблазнительно, – улыбнулся Федор, – Может, тебе просто нечем заняться?

– Если бы мне было нечем заняться, я занимался бы бабами и алкоголем, – возразил Эдик – Короче, если так настаиваешь, я посвящу тебя в интимные детали моих поисков. Хочешь?

– Хочу.

– Я ищу точку.

– Точку? – не понял Федор.

– Да. Я ищу, так называемую, точку притяжения. Все свои деньги, я нашел с помощью точек притяжения. Теперь мне хочется узнать, что это за хрень.

– Зачем тебе?

– Потому что это дороже денег. Если я найду точку притяжения, то тогда мир для меня превратится в огород, где я буду выращивать то, что захочу. Ни одно мое желание не встретит сопротивления. Следишь?

– Внимательно слушаю.

– Отлично. Та дата, которую ты мне прошлый раз оставил – продолжил разговор Эдик – это день смерти английского Короля Георга 4-го. Мне пришлось изучить его биографию. Странный был субъект. Единственное, что он любил и умел, так это жрать и трахаться. Ну и еще благоволил искусствам, которые в его понимании располагались где-то между жратвой и бабами. Уже умирая, он попросил принести себе любимой пищи, хотя прекрасно знал, что все съедобное, не говоря уж про любимое, ему противопоказано. Но жрачку принесли. Он пожрал и умер. Забавно?

– Забавно – согласился Федор.

– Еще как забавно. А сейчас я ищу то, что связывает тебя и Георга 4-го. Эта связь существует, но я не могу зафиксировать угол диффузного отражения. Я несколько тонн бумаги исчертил, ища нужную градусировку, но все получается слишком убого. Ты ничего не знаешь про этого короля?

– Первый раз слышу, – сказал Федор.

– Не удивительно. А что за евреев хоронили на перроне в твоем любимом сне? Это тоже важно. А почему сразу после смерти Георга 4-го перестали писать эссе? Тоже вопрос. Причем из тех, на который есть ответ. Конечно, эссе и сейчас пишут килограммами, но, то, что ты написал для меня – это ребус. Что бы разгадать ребус надо поставить его в грамотный ракурс. Тогда нелепое превратится в элементарное. Я ставлю, ставлю и никак. Короче, самое время сделать звонок другу. Так что давай дружить. Может еще по глотку, пока Ирка не пришла.

Федор охотно согласился. Он чувствовал себя, куда трезвее собеседника.

– Слушай, я вспоминал нашу первую встречу, – решил проявить инициативу Федор, – Была одна странность.

– Всего одна?

– Да, – ответил Федор. – Короче, когда я ложился спать, то поставил на столик бутылку с рюмкой. Больше ничего на столике не было. А когда я проснулся утром, бутылки уже не было, зато лежала бумажка с ручкой. Ты заходил ко мне ночью?

– Конечно. Взял бутылку, а взамен положил бумажку с ручкой. Вот и вся мистика.

– А зачем ты это сделал?

– В доме кончилась текила, а хотелось долить.

– Я не про алкоголь. Зачем ты положил ручку. Ты знал, что мне должно что-то присниться и мне надо будет записать увиденное? Ты меня за этим пригласил к себе?

– В общем, да. Я тебе сразу же честно все объяснил. Могу объяснить еще раз. Говоря аллегориями, я бросил в тебя небольшой камушек, такой, что бы тебе не было больно, но что бы ты почувствовал. Камешек отскочил, а я его поймал. По траектории отскока я могу распознать траекторию твоего движения. Все элементарно. Правда, сначала я думал, что ты выкинешь какое-нибудь коленце прямо за столом во время ужина, но ты слишком часто опрокидывал, поэтому мой камешек отлетел чуть позднее, когда ты уже спал. Понятно?

– Допустим, что понятно. Но кто тогда прошептал мне про этого короля во сне? Кто это был?

– А я откуда знаю, – пожал плечами Эдик, – да и не все ли равно.

– Как все равно? – удивился Федор. – По-моему, это очень интересно. Раз он знает важное, то может знать и про твою точку.

– Ерунда.

– Но интересная ерунда?

– Интересуешься ерундой? Валяй.

– Но ты же ученый. Ты должен быть любопытным.

– Ничего я тебе не должен. А если подробней, то для тебя «интересно» – это когда после ужина вышел на балкон курнуть, уставился в звездное небо и задумался, «а есть ли жизнь на Марсе? Ах, как это любопытно». Потом докурил, выпил кефирчику и пошел спать. Вот и весь интерес. А если меня заинтересует жизнь на Марсе, то мне придется туда слетать, разобрать его на кусочки, что бы понять шевелится там что-нибудь или нет.

– Слушай, хочешь чуть-чуть пьяного базара? – продолжал болтать Эдик, – Просто, что бы ты лучше меня знал. Мое резюме, под титлом «Понос математика». Будешь слушать?