Джо Фауст - Демоны Боддеккера

Мы с моей группой добрых два дня обсуждали алгоритм подбора кандидатов. Сперва я упирался, как мог, и вообще выступал против идеи просмотров, потому что предпочитал просто-напросто распустить банду — хоть тишком, хоть со скандалом. Но Дансигер объяснила, что, кажется, мы выбрали не тот подход.

— Могло быть и хуже, — сказала она. — Мы могли бы заменять бандита бандитом, а заменяем актером — и, надеюсь, у актеров побольше моральных принципов, чем у Дьяволов. Значит, мы будем иметь дело с человеком, который занимается всей этой гадостью за деньги, но, в идеале, остановится, если Ферман велит переломать кому-нибудь кости.

— Если только он не актер, работающий по системе Станиславского, — мрачно вставил я.

— Таких мы будем отсеивать, — пообещала Дансигер.

— То-то Ферман огорчится, — заметил я.

— Тем лучше. Может, сам завяжет. А тогда мы заменим его новым актером. То же с Джетом и Ровером.

Чудесная идея! Очередная беспроигрышная ситуация. И я согласился на просмотры.

Мне казалось, просмотры на «участие» в рекламе Пембрук-Холла должны включать в себя монолог на демонстрацию актерских способностей. Дансигер же считала, поскольку Дьяволы — уличная банда, претенденты должны показать и уровень физической подготовки. Мортонсен предложила запирать кандидатов в ловушки, чтобы проверить, как они ведут себя в стрессовой ситуации. А Харбисон твердила, что необходимо отбирать самых симпатичных — дабы заручиться «фактором Джимми Джаза», уход которого еще оплакивали кое-какие журналы, вроде «Прыгги-Скока».

Мы передали отделу подбора кадров список требований и попросили подобрать нам двенадцать подходящих кандидатов. Отдел проинтервьюировал более сотни актеров, а в сере-, дине следующей недели мы начали просматривать лучших из лучших. К нашему удивлению, кадры прислали нам девять молодых людей и трех девушек. «Вы же не уточняли пол, — пояснили кадровики. — Вы только сказали — нужны Дьяволы. Кроме того, нельзя забывать о законах против дискриминации».

В результате мы сузили список до трех кандидатур: двоих юношей (гимнаст, пытающийся пробиться на Бродвей через кордебалет, и знаток боевых искусств, снимавшийся в популярной «мыльной опере» «Страх мой») и девушки (танцовщица и начинающая певица, работающая на подпевках у «Голых Барби»). Решающее интервью должно было состояться в присутствии Фермана и «стариков». Засим мне предстояла самая трудная часть: сообщить мистеру Мак-Класки, что ему надо выбрать замену Шнобелю.

Я вызвал Фермана к себе в офис, потом заставил ждать, чтобы он успел как следует напсихотропиться, и впустил, предусмотрительно оставив дверь в коридор приоткрытой. На похоронах он вел себя вполне мирно, но мне все равно хотелось иметь путь к отступлению — на случай, если он решит сквитаться за старое.

— Ну, Боддеккер, чего надо? — спросил Ферман, разглядывая свои ногти.

— Как дела? — поинтересовался я.

— Голос вернулся, — сообщил он, оглядывая мой офис. — Что, Боддеккер, боишься? Ты не закрыл дверь в коридор.

— Это неформальная встреча, — сказал я.

— Ты — гребаный лжец! — заявил Ферман. — Боишься, потому что думаешь — надо было прикончить меня там, когда у тебя был шанс. Боишься, как бы теперь я не устроил тебе уличное барбекю в твоем же собственном кабинете.

— Думай, что хочешь, Ферман.

Он попытался откинуться на спинку мягкого кресла и закинул ноги на край стола.

— Позволь тебе кое-что сказать. Помнишь, я уже говорил — мы связаны вместе, летим в одном цеппелине, и ни для кого из нас нет выхода? Может, я и глуп, но все же поумнее тебя. Видишь ли, я отлично понимаю то, чего не понимаешь ты — лететь можно в две стороны. Ты у нас сейчас «золотой мальчик» этой компании — и будешь им, пока мы продаем мыло. А продаем мы его благодаря твоим сценариям. Вот когда мы сможем продавать его и без твоей писанины, вот тогда-то начинай следить, что у тебя за спиной. Усек?

— Я здесь не для того, чтобы выслушивать пустые угрозы, — произнес я. — Я вызвал тебя поговорить о деле.

Ферман снова уставился на ногти. Видно было, ему трудно не грызть их.

— Если ты не в состоянии переварить горькую правду, это уж не мои проблемы. Отлично. Валяй, переходи к делу.

– «Старики» — в смысле, полноправные партнеры агентства — считают, что пора подыскать Шнобелю замену. Они хотят приступить к съемкам новой рекламы, но там должно быть четверо из Дьяволов.

— Хватит и троих, — возразил он.

– «Старикам» так не кажется.