Лао Шэ - Сказители

Она посмотрела на отца, потом на сестру, они выглядели такими несчастными. Они надеялись, что эта женитьба принесет пользу общему делу семейства Фан. Кроме того, Дафэн нужен был муж. Ради этого можно было решиться на все. Вот в чем и состоит житейская мудрость. Сестра не. актриса, она на своем месте, выйдет замуж, и все станет превосходно. Сюлянь казалось, что Дафэн похожа на несчастную собачонку, посаженную на цепь. Можно ее и пинать, и плевать на нее. Но люди все же считают ее порядочной, потому что она вышла замуж по воле родителей. Она нахмурила брови. Какая же уготована судьба ей самой? От одной только мысли ее бросало в дрожь. Она вбежала к себе в комнату и горько заплакала.

Тетушка налила себе полный бокал. Одержана победа, лицо ее раскраснелось, она испытывала удовольствие. Ей давно хотелось хорошенько проучить эту заразу, потаскушку Циньчжу. Теперь, можно сказать, она полностью напила свой гнев, употребив все ругательства и грязные слова, которые знала. Она сидела в кресле и, бормоча себе под нос, смаковала некоторые особенно выразительные словечки. Вот уж отвела душу на этой потаскушке! Если посмеет прийти еще и эта старая тварь из семейства Тан, она получит сполна то же самое!

Баоцин был занят поясками жилья для молодоженов. В разбомбленном Чунцине даже за полуразрушенное строение люди готовы были платить большие деньги. Государственные служащие спали прямо в кабинетах на столах. Легче было подняться в небо, чем найти хоть какое-нибудь пристанище. Баоцин просил, улыбался, бегал повсюду без устали, упрашивал, делал красивые жесты и наконец с трудом отыскал развалюху, которая уже никому не была нужна. Солнце в нее не попадало, в стене были дыры, пропасть мышей, однако все же это было жилье. Баоцин подрядил рабочих заделать дыры; молодожены, согласно новому порядку, расписались и переселились туда. У Дафэн появилось новое местожительство, у Баоцина аккомпаниатор, прибыли от представлений увеличились. Чего же еще ждать?

Итак, у Баоцина появился новый зять. Хоть и взял он верх над семьей Тан, но радости от победы не испытывал. Он бросил милую послушную дочь в объятия Сяо Лю. От одной этой мысли Баоцин сгорал от стыда. Он всегда считал себя в моральном отношении на голову выше семьи Тан. Но теперь он мало отличался от них.

Циньчжу вела себя примерно. Приходила вовремя, а выступив, сразу же уходила. Она больше не скандалила. Потеря Сяо Лю как будто сделала ее более зрелой. Баоцин не раз читал осуждение в ее больших глазах. Казалось, будто она говорит: «Я низкая, я потаскушка. Ты ведь именно так думаешь! Но твое раскрасивое золотко спит с мужчиной, который надоел потаскухе. Ха-ха!» От стыда Баоцин готов был провалиться сквозь землю.

Дафэн же становилась все молчаливее. Она часто приходила навестить мать, но сидела всегда недолго. Она стала еще более замкнутой, ее лицо выражало полное безразличие. Баоцин переживал, понимая, что это его рук дело. Только он знал, что скрывалось за этим растерянным, невыразительным лицом. Как он считал, Дафэн своим видом все время давала ему понять: «Я хороший ребенок, как мне скажут, так и сделаю. Счастлива я или нет, вам не нужно беспокоиться. Я все равно не скажу того, что у меня на душе. Я буду послушной».

Баоцина мучила совесть, и он стал еще внимательнее относиться к Сюлянь. Она могла тайком заняться дурными делами. Он чувствовал, что и она перестала быть с ним такой откровенной, как раньше. А он бесконечно дорожил их доверительными отношениями. Как же вновь завоевать ее расположение, возродить былую дружбу между отцом и дочерью? Как-то он отправился в город н накупил ей всякой всячины. Она, как н прежде, принимая подарки, просто сияла от радости. А потом отложила все в сторону.

Иногда он глядел на нее, и в душу ему закрадывалось сомнение. Она еще девушка? Она росла очень быстро. Девушки, как известно, меняются на глазах, не успел оглянуться, а она уже стала взрослой. Выросла грудь, личико чуть похудело и пылало румянцем. Его частенько мучили сомнения. Из-за чего она так тоскует? Может, появился возлюбленный? Связалась с каким-нибудь мужчиной? Иногда она походила на женщину, ее просто нельзя было узнать. Порой же выглядела просто девчонкой с косичками, которая не прочь что-нибудь выкинуть, вызывая вечную тревогу родителей.

Надо было бы поговорить с женой, попросить и ее присматривать за Сюлянь, образумить ее. Он, как отец и мужчина, не мог с ней говорить о некоторых вещах. Но и здесь его одолевали сомнения – жена наверняка начнет над ним смеяться. Дафэн заметно потяжелела, тетушка целыми днями хлопотала вокруг нее, мечтая о появлении толстенького малыша. Если бы в самом деле родился парень, ей не нужно было бы идти в дом малютки. Внук все же лучше девчонки, к тому же от сомнительного отца. Да и будь тетушка повеликодушней, у нее все равно не нашлось бы времени заботиться о Сюлянь. И так забот полон рот. Да еще вино, надо же было с кем-то его пить.