Ирвин Шоу - Вершина холма

Калли с шумом отпил кофе:

– Да, кофе стал не тот, заметил?

– Нет, не заметил.

– Совсем не тот, – сказал Калли.

Он тяжело вздохнул и посмотрел Майклу в глаза:

– Это дело прошлого. Держись подальше от Нормы, и все будет в порядке.

– Дейв, – сказал Майкл, надеясь, что Калли не узнает об утреннем визите Нормы. – Я не знаю, что Норма говорила тебе, но клянусь…

Калли жестом остановил его.

– Я об этом не желаю слышать, – решительно заявил он. – Когда я женился на Норме, я не посвящал ее в подробности моей жизни и не спрашивал, как она жила до того времени, как я сделал ей предложение. Нам нужны инструкторы постарше, ты мне подходишь. Вовсе необязательно быть закадычными друзьями или ворошить прошлое. И вообще, миссис Хеггенер хочет иметь тебя в качестве инструктора, а у нас в городе желание этой дамы – закон. Я не делаю тебе никакого одолжения. Ее нелегко ублажить. За прошлый год она сменила четырех инструкторов. Ребята на руках тебя станут носить за то, что ты их от нее избавил. Твое дело – обеспечить, чтобы она осталась цела. Свои деньги ты отработаешь. Больше я ничего не скажу. Если ты не разобьешься до ленча, приходи часам к трем в контору, подберем тебе фирменную куртку и свитер с эмблемой Грин-Холлоу. Когда снег ляжет, можем разок-другой спуститься вместе.

– Спасибо, – ответил Майкл.

Он поднялся из-за стола, радуясь, что беседа закончена, и понимая приглашение кататься вместе как неявную попытку создать новый фундамент для дружбы.

– Пока, – сказал Майкл.

Калли махнул на прощание рукой, попросил у официантки новую чашку и сказал:

– Этот дрянной кофе загонит меня в могилу.

Школа дельтапланеризма имела скромный вид. В узкой долине, над которой нависала внушительная скала, стояли видавший виды пикап и забрызганный грязью жилой трейлер; на их бортах неровными зелеными буквами была выведена надпись: «Школа дельтапланеризма "Зеленый орел"». С третьей стороны к вытоптанному земляному дворику размером двадцать на двадцать футов примыкал ветхий сарай, где раньше хранили сено.

Майкл заглянул в сарай, потом в трейлер. Разобранная постель, грязные кастрюли и сковороды, радиоприемник и явственный запах марихуаны свидетельствовали о том, что тут кто-то живет. Но ни в трейлере, ни в сарае не было ни души. Майкл посмотрел вверх. В небе парил дельтаплан, он медленно шел на посадку.

Увидев его, Майкл улыбнулся и почувствовал первые искорки возбуждения. Он внимательно следил за человеком, который вскоре приземлился всего в нескольких футах от пикапа. Планерист отстегнулся и подошел к Майклу. Молодой долговязый светловолосый парень с густыми обвислыми усами и печальным, опаленным солнцем худым лицом двигался так, словно все его суставы разболтались. Казалось, что он по меньшей мере месяц не снимал свои джинсы и старую залатанную армейскую ветровку.

– Привет, – сказал Майкл, когда парень подошел к нему.

– Привет. – Парень вяло помахал рукой, едва поднимая ее.

– Здорово летаешь, – заметил Майкл.

– Да, сегодня ветер что надо. Вы кого ищете?

– Хочу тоже попробовать. Чья это штука?

– Моя, – сказал долговязый и представился: – Уильямс. Джерри Уильямc. Я ее единоличный владелец.

– Майкл Сторз.

– Здорово, Майкл.

Они протянули друг другу руки. Ладонь у Уильямса была мозолистая, но вялая. С таким рукопожатием он никогда не сделал бы политической карьеры.

– Раньше летали?

– Несколько раз.

Произошло это, можно сказать, случайно. Один из механиков гаража, куда Майкл пригонял свой «порше» на техобслуживание, однажды появился с рукой в гипсе. Майкл из вежливости спросил, что с ним стряслось.

– Дельтаплан неудачно приземлился, – объяснил механик. – Пустяк. Трещина. В субботу снова полечу.

– Ну и как? Я имею в виду полет.

– Потрясающе. – Глаза у механика восторженно заблестели. – По сравнению с дельтапланом затяжные прыжки – это все равно что свалиться с кровати. Я знаю, сам прыгал. Слыхал, вы тоже увлекаетесь парашютным спортом.

– Немного, – сказал Майкл.

– Никакого сравнения. – Механик презрительно сплюнул на пол. – Там за вас работает земное притяжение.

– Где ты летаешь?

– В горах Катскилл, Поконо. В этот уик-энд еду в Поконо. Вы что, хотите попробовать? – Внезапно в голосе механика зазвучал вызов – пролетарий, зарабатывающий на жизнь физическим трудом, предлагал элегантному джентльмену, владельцу абсурдно дорогого автомобиля, показать, чего он стоит как мужчина.