Фрэнк Норрис - Спрут

— Послушайте, по-моему, это стрельба! Ей-Богу, стрельба. Братцы, да ведь это налет!

В вагоне вспыхнула настоящая паника. Было что-то зловещее в этих четырех выстрелах, донесшихся сквозь шум дождя из мрака, что-то таинственное, вселяющее страх. Они мигом сбили с пассажиров всякую уверенность в собственной безопасности и превратили их в людей, одуревших от страха, уподобившихся выгнанному из норы кролику. Они только таращили друг на друга глаза — вот, мол, и мы сподобились узнать то, о чем часто пишут в газетах. Теперь они на своем опыте испытают опасности, таящиеся в ночи, вплотную столкнутся со злоумышленниками в масках, вооруженными, готовыми на все, вплоть до убийства. Собственно, опасность их уже настигла. Они в руках грабителей!

Хилма молчала. Она держала Энникстера за руку и прямо смотрела ему в глаза.

— Не бойся, милая, — сказал он. — Они тебя не тронут. Я с тобой. Черт возьми! — вдруг воскликнул он, на минуту поддавшись общему смятению. — Черт возьми, да ведь и правда налет!

Учительницы выскочили в коридор — одна в ночной сорочке, другая в халате, третья — накинула на плечи капот; они тесно жались друг к дружке и умоляюще смотрели на мужчин, всем своим видом взывая о помощи. Две из них были бледны как полотно и горько плакали:

— Господи Боже! Это же ужасно! Только б меня не тронули!

Но ехавшая с детьми дама приподнялась на своей полке и, бесстрашно улыбнувшись, сказала:

— А я так ни капельки не боюсь. Они не тронут нас, если мы не окажем сопротивления. На всякий случай, я уже приготовила для них часы и драгоценности. Вот в этой сумочке.

Она показала ее пассажирам. Все дети ее проснулись. Они с любопытством посматривали по сторонам, но вели себя тихо. Приключение явно вызывало у них живой интерес. Тучный господин с бакенбардами храпел на своей полке пуще прежнего.

— Пойду-ка я посмотрю, в чем дело, — сказал один из коммивояжеров, доставая карманный револьвер.

Приятель схватил его за руку.

— Не валяй дурака, Макс, — сказал он.

— Да они к нам близко не подойдут, — вступил в разговор хорошо одетый молодой человек, — их интересует сейф и ценные письма, которые везут в почтовом вагоне. И туда нам нечего соваться.

Однако первый коммивояжер стал горячо возражать. Нет, мол, он не собирается покорно дожидаться, пока его обчистят. Или его считают трусом?

— А я тебе говорю: не ходи! — сердито сказал его приятель. — В нашем вагоне женщины и дети. Привлечешь их внимание, еще палить сюда начнут.

— Резонно! — сказал первый, уступая голосу разума; револьвер, однако, из руки он не выпустил.

— Не позволяйте ему открывать окно! — заорал Энникстер, сидевший рядом с Хилмой, увидев, что коммивояжер подошел к окну в незанятом купе и пытается его открыть.

— Правильно, правильно! — подхватили остальные. — Не надо открывать окон, не надо высовываться. Нас всех перестреляют из-за вашей неосторожности.

Однако оттащить его не успели, коммивояжер поднял окно и высунулся.

— Это ж надо! — воскликнул он, оборачиваясь, — наш паровоз ушел. Стоим мы на повороте дороги, и отсюда видна голова поезда. Только без паровоза, вот оно как. Не верите, посмотрите сами.

Пассажиры, забыв об осторожности, стали один за другим высовываться из окна. Поезд и правда стоял без паровоза.

— Это они нам путь к бегству отрезали, — сказал коммивояжер с револьвером. — Теперь они пойдут по вагонам и начнут грабить, помяните мое слово. Скоро к нам пожалуют. Боже милостивый! А это еще что?

Вдалеке, где-то в полумиле от поезда, раздался грохот сильного взрыва. Окна в вагоне задребезжали.

— Опять стрельба!

— Никакая это не стрельба! — воскликнул Энникстер. — Просто они отцепили и угнали почтовый и багажный вагоны и теперь динамитом вскрывают двери.

— Скорей всего, именно так!

Передняя дверь вагона открылась и тут же захлопнулась; учительницы завизжали и совсем съежились. Коммивояжер с револьвером быстро повернулся в ту сторону и замер, вытаращив глаза. Однако это оказался всего лишь главный кондуктор, без фуражки, с фонарем в руке, насквозь мокрый.

— Нет ли среди вас доктора? — спросил он, входя в вагон.

Пассажиры тотчас окружили его и стали засыпать вопросами. Но кондуктор не был настроен на разговоры.

— Я знаю не больше вашего, — сердито огрызнулся он. — На поезд напали грабители. Как вы, наверное, догадались. Что вы еще хотите узнать? Некогда мне с вами разговоры разговаривать. Они отцепили почтовый вагон, динамитом взорвали дверь, стреляли в одного человека из поездной бригады — вот и все. Нужен доктор.