Франс Бенгстон - Викинги

Когда об этом сказали Азе, она легла в свою кровать и стала молить Бога, чтобы тот позволил ей умереть. Орм сидел рядом с ней, утешая, как мог. Любому, с кем сделали бы то, что сделали с Аре, сказал он, надо простить, если жизнь надоела ему. Ясно было, что он хотел спастись от своей немощи и найти спасение у Бога, теперь, когда он поделился с ними своими знаниями о золоте.

— От Бога,— сказал он,— он теперь уже получил обратно зрение, язык и правую руку, кроме этого, я не сомневаюсь, он нашел и своего сына. Это немало, любой мудрый человек сделал бы то же самое.

Аза согласилась с ним, но тем не менее, ей было трудно перенести его смерть, и только через три дня она стала ходить вновь. Аре похоронили у церкви, близ того места, где отец Виллибальд похоронил две головы, отрубленные Остеном из Оре у святых людей. Аза для себя выбрала место рядом с Аре, потому что думала, что скоро присоединится к нему.

Токе съездил домой, чтобы подготовиться к поез­дке, и незадолго до середины лета он и Олоф Синица прибыли в Гренинг, сопровождаемые добрыми воина­ми. Олоф многое успел сделать: он выдал своим двум женам богатую компенсацию и выгнал их из дома, хотя одна из них не хотела уходить и упрямо сопро­тивлялась. Теперь, следовательно, не было никаких препятствий к женитьбе на Людмиле, и появившись в Гренинге, он высказал пожелание, чтобы церемония была исполнена немедленно. Но Орм остался верен своему решению, считая глупостью со стороны Олофа жениться на девушке до окончания путешествия.

. — Она просватана за тебя,— сказал он,— и этим ты должен удовлетвориться. Молодожен — плохой товарищ в трудном походе. Мы заключили сделку, и ты должен придерживаться первоначального соглаше­ния. Сначала надо получить золото, после этого ты получишь мою дочь в награду за помощь. Но я думаю, Что нигде не принято сначала платить, а потом полу­чать помощь.

Олоф Синица был разумным человеком во всех отношениях и не мог отрицать, что Орм сказал мудро, унего самого не было аргументов, кроме страстного речения к девушке, которое было таковым, что слу­жило для всех причиной веселья. Стоило ей только подойти к нему, как его голос изменялся и он начинал тяжело дышать. Он сам говорил, что с ним раньше никогда такого не было. Людмила так же, как и он, хотела, чтобы свадьба состоялась как можно раньше, но знала, что Орма не отговорить от его первоначаль­ного решения. Олоф и она согласились, однако, что у них нет причин расстраиваться, учитывая их обоюд­ные чувства.

Перед отбытием Орм составил тщательный план того, как все должно быть дома во время его отсутст­вия. Рапп оставался дома и отвечал за все, хотя до последнего момента ворчал в надежде, что Орм пере­думает и возьмет его с собой. Орм позаботился, чтобы с ним осталось достаточное количество людей, чтобы исполнять все работы и защищать дом. Йива должна была следить за тем, что происходит в доме, Ничего там не могло делаться без ее разрешения. Харальд тоже оставался, потому что Орм не хотел рисковать первенцем в таком опасном путешествии, да и сам Харальд не выказывал никакого особого стремления ехать. Но Радостному Ульфу позволили поехать вмес­те с ними, и в конце концов разрешили и Черноволо­сому, после того как он долго умолял Йиву и Орма. Его настойчивость не однажды доводила Йиву до слез и ярости. Она спрашивала его, что тринадцатилетнему мальчику делать в компании взрослых воинов, но он сказал, что если ему не разрешат поехать с этим кораблем, он сбежит и присоединится к другому, а Радостный Ульф пообещал, что будет заботиться о Черноволосом лучше, чем о себе самом. Это, подумал Черноволосый, совсем необязательно, однако пообе­щал быть осторожным, хотя и сказал, что очень плохо будет поступать с теми, кто лишает честных людей зрения, если ему придется встретить кого-нибудь из них. У него был меч и копье, и он считал себя насто­ящим воином. Орм был рад взять его с собой, хотя и не говорил об этом Йиве.

Отец Виллибальд прочел большую проповедь о путешествующих по морю и благословил всех боль­шим благословением. Токе, Олоф Синица и язычники, которых они привели с собой, сидели и слушали про­поведь вместе со всеми и сказали, что почувствовали себя значительно сильнее после благословения. Мно­гие из них после проповеди подходили к священнику и просили также благословить и их мечи.

Когда пришло время выступать, женщины громко заплакали, а среди тех, кто уезжал, тоже было много опечаленных. Но большинство были рады перспективе приключений и обещали кое-что привезти с собой при возвращении. Орм был очень горд ехать во главе такой компании.