Халлдор Лакснесс - Салка Валка

— Почему вы, приехав сюда, не послали ее в школу, как положено?

— Как-то не подумала об этом, — ответила мать.

— А что она умеет?

— Не так уж много.

— Вы можете идти, — сказал учитель. И, обратившись к девочке, спросил — Читать умеешь?

— Нет, — ответила Салка своим глубоким низким голосом.

— А буквы ты знаешь?

— Нет. Только те, что напечатаны на переплете библии.

— А что это за буквы, как они называются?

— Не знаю. Знаю только, что это буквы.

— Знаешь какие-нибудь исландские стихи?

Девочка стала вспоминать, но ничего не могла придумать, кроме песенки «Эйнига менига сукана дю», которой ее научили дети на Севере. Она уже хотела было прочитать ее вслух, но вдруг подумала, что, верно, учитель не это называет исландскими стихами, и ответила:

— Нет, никаких не знаю.

— А теперь подумай хорошенько, дитя мое, — может быть, ты знаешь какую-нибудь молитву или псалом?

Девочка вспомнила о новой песне Армии спасения, ее по утрам напевала мать, хозяйничая на кухне. Она, кажется, начинается так: «Иисусе, отгони от меня все мои грехи». А может быть, так: «Иисусе, возьми все мои грехи». Она никак не могла припомнить точно слова. Как странно, что она забыла их!

— Ну что ж, — сказал учитель. — Ни одного исландского стихотворения, ни одного псалма, ни одной молитвы. Хорошо. А ну-ка, скажи мне, слышала ли ты когда-нибудь о Хадльгримуре Пьетурссоне? [3] Хадльгримур Пьетурссон (1614–1674) — исландский поэт.

— Да.

— Что ты можешь рассказать о нем?

— Недавно толстуха Тода что-то говорила о нем в Армии спасения.

— Тода?

— Да…

— А что ты можешь рассказать о Йоуне Сигурссоне? [4] Йоун Сигурссон (1811–1879) — деятель национально-освободительного движения в Исландии.

— Он работает на лодке «Лео».

— Гм… Ну а кто был первым поселенцем Исландии?

— О нем я ничего не слыхала. Может быть, это тот норвежец, который заимел на Севере консервный завод?

— Кто председатель Совета министров нашей страны?

— А что значит председатель совета?

— Тот, кто управляет всей Исландией.

— Никто не смеет управлять мною, — решительно заявила девочка, тряхнув косичками и сверкнув глазами.

Учитель удивленно посмотрел на нее и покачал головой.

— А ну, скажи мне, кто самые знатные люди в Исландии?

После довольно долгих размышлений девочка ответила:

— Купец. И спаситель.

— Так, так, — произнес учитель подавленно. Убедившись, что девочка успела познакомиться с местной жизнью, он решил выведать у нее, кто из поэтов пользуется наибольшей славой в поселке. Дело в том, что учитель сам был замечательным поэтом. Время от времени его стихи печатались даже в столичных газетах. Он надеялся когда-нибудь выпустить большой сборник своих стихов, если удастся, откладывая в течение пяти лет из своего жалованья, накопить достаточно денег.

— Я хочу задать тебе еще один вопрос, — сказал он, — Кого из самых известных поэтов нашей страны лучше всего знают в поселке?

— Парикмахера, — не задумываясь, ответила Салка Валка.

— Можешь идти, — холодно сказал учитель. — Нам говорить больше не о чем.

Он встал, шмыгнул носом и откашлялся, давая понять старому Эйольфуру, что собирается уходить и что он недоволен. Старик находился в кухне и через открытую дверь слышал весь разговор.

— Беседа с девочкой только подтвердила мои опасения. Ее умственные способности весьма ограничены. Я не вижу другого выхода, как сообщить обо всем пастору, — сказал учитель.

— Сообщить пастору? Фу ты, какая чепуха, — рассердился старый Эйольфур. — Куда умнее было бы научить ее читать.

— Напрасная трата времени и труда.

— Жалко мне вас, имеющих зрение.

— Больших надежд на школу в эту зиму возлагать не приходится… Если бы вы могли дома что-нибудь сделать… До конца занятий осталось три недели, не больше. Мы закрываем школу к пасхе. Все дети должны работать, как только начнется весенний лов, по крайней мере те, что постарше. В стране не так-то много рабочих рук. Кроме того, это не бесполезно для семейств, имеющих детей.

— Ерунда, — заявил старый Эйольфур.

— Я настаиваю на том, что я сказал. Мои возможности не распространяются на идиотов. Пусть пастор решает, как поступить в данном случае.

— Ерунда, она ничуть не глупее пастора. Я слеп, это правда, но не глух.

— Ты, верно, слышал, как она сказала, что Иисус Христос был исландцем.

— Ну и что ж? — возразил старик. — Чем он хуже этого дьявола купца?