Орхан Кемаль - «Преступник»

— А что мне сделает ваш злодей? — бросала она на ходу и шла дальше.

Крестьяне удивленно смотрели ей вслед. Все это казалось им подозрительным. Если бы они знали, куда она идет!

И так день за днем. От пытливого взгляда соседей не могло укрыться, что когда старушка уходила пасти коз, она брала с собой много еды, сигареты. Невзрачная хижина старухи привлекала любопытство всей деревни. Раньше она, бывало, заходила к соседям: поможет по дому, поболтает о том о сем, вспомнит сына Эсада, внука Махмуда, пожалуется на невестку. А теперь ни к кому не заглядывает. Даже вроде бы сторонится всех.

Странные перемены в поведении старухи не могли ускользнуть и от внимания жандармов. Те тоже заметили необычное. Прежде, встречаясь с ними, она всегда останавливалась перекинуться словечком-другим, теперь же избегала встречи с ними и, казалось, не выносила даже их вида.

Как-то соседки неожиданно окружили ее и затеяли жаркий спор. Спорили об Изверге. Одна из женщин нарочно сказала:

— Оказывается, женщина, что вместе с ним, вовсе и не дочь богатого помещика, как об этом говорят!

— А кто ж она? — с любопытством спросила другая.

— Известно кто!.. Танцовщица!

Старуха резко подняла голову.

— Откуда ты это взяла?

— Как откуда? Люди говорят!

— Кто это может доказать? Выдумали тоже — танцовщица! Аллаха побойся!

— Грех тому, кто врет, а мне-то что…

— А ты не слушай в другой раз!

В этот день старуха, не подозревая, что за ней уже давно следят, отправилась в касабу, к Махмуду. На дороге она беспокойно оглядывалась по сторонам. По ее виду было заметно, что она чем-то сильно озабочена.

— Что с тобой, бабушка? Что случилось? — спросил ее внук.

Старуха, обнимая его, ответила:

— Вчера вечером никак не могла заснуть, милый.

— Почему же?

— Доживешь до моих лет — узнаешь…

Она вынула из кармана клочок бумаги и протянула его Махмуду:

— Прочти-ка, сынок, скорее, что здесь написано.

— «Лекарство от гриппа, патроны для пистолета, спирт, сливочное масло, мед…»

Он удивленно спросил:

— Зачем тебе все это, бабушка?

— В деревне наказали купить.

— И денег дали?

— А как же! Вот, пожалуйста. Купи-ка мне это побыстрее!

— Да ты хоть отдохни, бабуся. Куда такая спешка?

К полудню старуха доплелась до своей деревушки, а оттуда отправилась к пещере. Она хотела помочь перебраться через горы, прочесываемые жандармами, мужчине и его больной спутнице, в невиновности которых теперь была абсолютно уверена. Не он ли сказал ей: «Мы пойдем к тестю, и я верну ему дочь. А если я виноват, ну что ж, пусть накажет!» Помочь человеку, который говорит такие слова, каждый сочтет своим долгом.

Впереди нее по узенькой тропинке, круто поднимавшейся к скалам, брели козы. Полуденное солнце приятно пригревало. Срывавшийся по временам со снеговых вершин прохладный ветерок ласкал лицо.

Оставив коз на лужайке, где они обычно паслись, она пошла к пещере.

Адем и больная Шехназ радостно встретили ее. Старуха купила и принесла все, что они просили!

— Мамаша, мамаша, дорогая моя! — обнимая ее, говорил Адем. — Да пошлет тебе аллах здоровья!

На глаза у него навернулись слезы. Шехназ тоже была растрогана. Одно плохо: патроны, которые она принесла, не подходили к его пистолету, а бутылку со спиртом она разбила по дороге. Но не беда! Лекарство ведь она принесла! И еще сливочного масла, меду, ваты! Даже если бы ничего этого не было с ней, они и так были бы рады: она их не выдала!

Вдруг послышался неясный шум, и в ту же минуту на стене у выхода из пещеры появились тени вооруженных людей. Жандармы! Значит, старуха все-таки выдала их, обманула.

Шехназ и Адем похолодели от ужаса.

Старушка также казалась испуганной и растерянной не меньше их.

— Ей-богу, я ничего не знала, сынок! — заикаясь, пробормотала она. — Клянусь аллахом!

Коробочки с порошками от гриппа выпали из ее рук.

В пещеру один за другим входили жандармы.

Газеты мгновенно сообщили под крупными заголовками: «Изверг пойман!»

Новость взволновала тюремный люд. Ведь каждый жил под впечатлением этой романтической истории, казалось, сошедшей со страниц легенд о бедняках без роду и племени, в которых вдруг влюблялись прекрасные дочери падишахов. И вот теперь «легенда» лопнула как мыльный пузырь. Суровая правда жизни безжалостно вторглась в мечты арестантов. Они приуныли: почему все в жизни кончается не так, как в сказках?

Когда Мустафа протянул Джевдету газету, его рука дрожала, брови были нахмурены. Джевдет, уже слышавший новость, был зол на газету, которая, смакуя подробности, рассказывала о том, как был задержан «опасный преступник», воздавая при этом должное пострадавшему отцу красавицы.