Прободх Саньял - Куклы

Люди давно позабыли о ярмарке в Куморпара. Теперь редко кто проезжает через Энатпур. И у кого бы Фокир ни опрашивал, никто ничего не знает о Пурно и трех девушках. Но Фокир бережно хранит забытый ими свечной огарок. Когда они вернутся, он снова зажжет его и осветит им путь к своей хижине.

Но вернутся ли они? Они исчезли в джунглях города, затерялись в толпе. У них много дел. Откликнувшись на зов великого народа, они устремились в самые глубины народной жизни, они призваны облегчать беды и горести многих тысяч Фокиров, страдания и болезни многих тысяч стариков. Могут ли они помнить о каком-то крошечном Энатпуре? Они — большие люди и входят в дома Фокиров, не стряхивая пыли с ног. Воистину счастлив тот из бесчисленных Фокиров, кому хоть раз довелось с ними повстречаться.

Фокир не в обиде, что они забыли его. Достаточно и того, что он видел их: Абха, Бина, Молинади, Пурно — они приоткрыли перед ним будущее. Когда он вырастет, он тоже будет служить своему народу, жить и работать для него. И тогда они встретятся снова…

Но что он скажет деду, если тот опять опросит о них? Старик не должен знать, что его обманули, что они никогда не вернутся…

Пришел месяц ашар [22] Ашар — месяц индийского календаря, соответствует 15 июня — 15 июля. , и небо затянуло тучами. От порывов ветра содрогается ветхая хижина, на крыше разметало остатки соломы.

Словно темная бездна разверзлась перед дедом Фокира.

Он давно уже ничего не ест — удивительно, как еще жив. Но старик не хочет умирать. Он художник, творец, оживляющий мертвую глину, и ему не пристало безропотно покориться смерти.

Сегодня ночью Фокиру придется зажечь огарок свечи: ему страшно наедине с умирающим. Страшно слушать прерывистое дыхание, смотреть в невидящие глаза под нависшими седыми бровями…

— Деду! — окликает Фокир.

В ответ ему невнятное бормотание.

— Деду! Подожди! Не уходи!..

Собрав последние силы, старик хочет приподняться, но падает лицом вниз и замирает без движения.

— Деду… — стонет Фокир.

Ответа нет. Мальчик зовет еще раз. Старик чуть-чуть шевельнулся. Жив! Он еще жив! Ах, если бы они приехали сейчас, он увидел бы их и узнал — огарок свечи еще не догорел до конца!

Порыв ветра ворвался в хижину… Ливнем обрушился дождь… На крыше что-то загремело…

— Деду! Деду! Они вернулись!

Старик откинулся навзничь.

— Вот они, пришли! Разве ты не видишь их, не узнаешь? — сотрясаясь от рыданий, кричит Фокир. — Гляди, они стоят перед тобой!

— Смотри, деду! Они здесь!

И старик узнал:

— Наконец-то вы вернулись!

Они вернулись. Беспросветный мрак озарился лучами солнца, дивный мираж стал действительностью. Они стоят перед ним и ласково улыбаются ему. Они не обманули его…

Фокир держит кукол перед глазами деда. Лицо умирающего озаряется счастливой улыбкой. Он снова верит в человека, в благородство человеческой души.

Долгая ненастная ночь… Над телом умершего рыдает Фокир. И кажется, что вместе с ним плачет весь Энатпур.

Нежданно-негаданно в деревню вернулся Шину. Как из-под молота кузнеца внезапно вылетает искра, так же неожиданно появился и он. Года три назад Шиву куда-то исчез из деревни, но был он настолько незаметным, жалким, что никто его не хватился, никто не заинтересовался, куда он пропал. Никому до него не было дела.

Вместе с Шиву прибыли и его люди. По деревне зазвучали их громкие голоса. Земля Шиву заросла диким деревом шьяора, и в первый же вечер началась расчистка участка. Все были поражены. Идет война, невозможно достать корку хлеба, жалкую тряпку, люди мрут от эпидемий, — а Шиву Сенгупта собирается строить дом! Ему шлют из города материалы, к нему едут рабочие! Деревенские жители с изумлением взирают на Шиву. Да, сейчас война, и все возможно.

Шиву жертвует сто рупий на устройство детского клуба. Тот самый Шиву, у которого три года назад не было и горстки риса, который не ходил в школу, потому что не мог уплатить две с половиной рупии за ученье. Тот самый Шиву, мать которого умерла пять лет назад, зарабатывая на хлеб тяжким трудом в чужих домах. Как круги от брошенного в воду камня, по деревне поползли слухи.

А вчера в полдень на окраине деревни, около пруда, где растут деревья шупари, произошло следующее. Люди Шиву пришли туда охотиться на голубей, и один из них попал дробью в петуха. Петух издох. Коду Минча прибежала к Шиву жаловаться на его людей, и Шиву тотчас же сунул ей в руку десять рупий. Коду Минча только рот разинула.