Андрэ Стиль - Париж с нами

У самых дверей Робер протиснулся к Анри и прошептал ему:

— Надо еще потребовать, чтобы охранники очистили биржу…

Ну что ж, можно, раз он просит.

В кабинете Шолле гул демонстрации гораздо слышнее, чем на лестнице. Очень хочется взглянуть на толпу. Все ринулись к окнам и раздвинули роскошные занавеси. Отсюда демонстрация производит потрясающее впечатление. Заполнена вся площадь целиком. Компактная, сплоченная масса полных воодушевления людей. Яблоку негде упасть. Если даже появятся охранники, они ничего не смогут сделать. Густая толпа, сжатая со всех сторон домами… как бетон, вылитый в форму. Да, нелегко нас отсюда выбить…

В коридоре перед кабинетом стояла охрана из двух жандармов. Они вошли вслед за Шолле и, возмутившись тем, что непрошенные гости так бесцеремонно обращаются с занавесями, вопросительно взглянули на генерального секретаря, но тот украдкой отрицательно покачал головой. Пусть, мол, хозяйничают. Поймав на себе взгляд Анри, Шолле покраснел, как будто его застали на месте преступления. Совершенно ясно, будь воля Шолле, он бы совершенно по-другому держал себя с делегацией.

Чего же он усаживается за стол?

— Мы хотим видеть господина префекта, — довольно резко заявил Анри. «Зачем я влепил «господина», тут же упрекнул он себя. Надо было просто сказать «префекта».

— Господина префекта нет, — ответил Шолле.

Нахмурившись, Анри испытующе посмотрел секретарю в глаза и насмешливо улыбнулся. Сказать ему в лицо, что он врет? Ладно, не стоит! Все и так поняли. Да и, собственно говоря, не все ли равно, с кем разговаривать?

— Так вот! Мы пришли заявить вам… — начал Анри, но в это время услышал, как за его спиной скрипнула дверь в кабинет префекта, и прежде чем он успел обернуться, Люсьен радостно объявил:

— Он тут! Я так и знал!

— Как? — наигранно изумился Шолле и вскочил из-за стола.

Стоящий в кабинете префекта жандарм тянет дверь к себе, но он не знает Люсьена! Тот, довольный собой, хохочет во все горло и крепко держит дверную ручку.

— Не может быть! Господин префект у себя? — продолжает паясничать Шолле.

— Вот именно, господин префект у себя… — в тон ему отвечает Анри. Опережая Шолле, он спешит к кабинету префекта и вместе с Люсьеном открывает дверь настежь.

— Что случилось?

Префект тоже решил прикинуться дурачком, хотя великолепно все знал. Он и пришел к себе в кабинет, чтобы в случае необходимости вмешаться в переговоры.

За открытой двустворчатой дверью, в комнатке секретарши префекта, стоят несколько жандармов. Личная охрана префекта. Когда пришла делегация, префект сидел дома и размышлял: если я останусь здесь, бунтари способны занять префектуру. Представляю себе, как на это посмотрит начальство! Немедленно скажут: не справился, вот и все… Хотел бы я видеть, как бы повело себя начальство на моем месте… Делегацию полагается принимать. Это ни к чему не обязывает и может помочь спасти положение. А вдруг они удовлетворятся переговорами с Шолле? Посижу у себя в кабинете и посмотрю, как все обернется.

— Вы не беспокойтесь, господин префект, — говорит Анри и беззастенчиво входит в кабинет. — Мы просто решили нанести вам небольшой визит. А вот господин уверял, что вас нет.

— Как? Вы были у себя? — снова спрашивает Шолле все тем же тоном, делая жалкую попытку не уронить своего достоинства.

Префект еле заметно пожимает плечами, надеясь, что посетители заметят его жест и он тем самым завоюет их симпатии за счет Шолле.

Один из жандармов хотел преградить Анри путь, но Люсьен остановил его, даже не дотрагиваясь, а просто выдвинув вперед свою огромную ладонь.

— Что вы! Дайте войти! — сказал префект жандарму. — Господа! Вы же знаете, не такой уж я нетерпимый. Со мной всегда можно сговориться, если дело идет об осуществимых вещах. Вы поймите, за все беспорядки отвечаю я. Будьте благоразумны, прошу вас…

Ох и пройдоха! — подумал Анри. Все твои номера нам известны.

— Беспорядки вызваны не нами, — отвечает он, — и похоже, что до тех пор, пока американцы не откажутся от намерения расположиться в нашей стране, до тех пор беспорядки будут продолжаться. И это лишь начало. Ну, а пока что…

Анри излагает требования. Префект сел за стол и, подчеркивая свою невозмутимость, стал вертеть в руках портсигар, который то и дело неожиданно с треском отщелкивается, от чего префект каждый раз вздрагивает. Он решил наконец отложить его в сторону и скрестил пальцы. Шолле наблюдает за происходящим на улице из того самого окна, в которое сегодня ночью был брошен камень — одно стекло временно заменено куском картона. В кабинет префекта еще явственнее доносится шум толпы. Префект вопросительно взглянул на Шолле, и тот в ответ еле заметно отрицательно покачал головой. Оба, по-видимому, чего-то ждут.