Луи Арагон - Орельен. Том 1

— Нет, ты просто неподражаем. Деньги-то ведь не твои.

— Пусть твои, но главное — тут вопрос будущего. В таксомоторной компании мы сделаем все, что нужно. Установим бензонасосы. Закупим горючее. Но если другие компании не примут основного условия… надо добиться от них, чтобы они вменили в обязанность своим шоферам покупать горючее на месте, в гаражах, как практикуется у нас… без этого дело не пойдет… Заметь, как у нас все продумано. Выгода очевидна: ты прикинь сколько бензина ежедневно съедают в Париже одни наши такси… Зачем же им покупать бензин бог знает кого, а не у нас? Это значит упускать значительный доход. Если консорциум согласится, мы будем снабжать его горючим… Понятно? Так или иначе мы выигрываем. В конце концов это та же система, принятая еще обществом Виснера в отношении эксплуатации машин… Покупая у него такси, мы выигрываем на цене, поскольку сами являемся акционерами… Ну, а с бензином…

— Постой, ты мне совсем заморочил голову… При чем тут твой Пальмед?

— Я же тебе об этом и толкую. Через одного верного человека, через одного преданного мне маклера я узнал, что Пальмед скупает бензиновые колонки у парижских застав. Только на той неделе он приобрел две колонки на авеню Малакоф и на Орлеанском… Понимаешь, куда он гнет? Стало быть, нужно опасаться…

Но Эдмон уже больше не слушал разглагольствований Арно. Он задумался. Об одержимом Адриене. Какое странное призвание у этого парня. Почти совсем мальчишкой он организовал на шоколадной фабрике Барреля гимнастическое общество для рабочих. Очертя голову бросался в любое самое нелепое предприятие, лишь бы командовать людьми… Если бы отец Адриена в Сериане-Старом не попался во время войны на этой истории с незаконным повышением цен в магазине, Адриен благополучно наследовал бы его дело, и все, возможно, образовалось бы. Но, оставшись после родителей без гроша и вернувшись с войны, которая была для него самым нормальным образом жизни, Арно к тридцати годам отрастил себе волчьи зубы. До чего же он не похож на Эдмона! Эдмон остро ощущал это. Он, Эдмон, пришел к деньгам, к власти через женщин, самым естественным для него путем. И самым коротким к тому же. Схватив удачу за шиворот, он хотел только одного: чтобы эта удача длилась до конца его дней. Это вовсе не означало, что у него какие-то особые, неумеренные аппетиты: в конце концов Барбентаны по сравнению с занимаемым ими положением живут более чем скромно. Разве можно сравнить особняк в парке Монсо, где царил покойный Кенель, с этой жалкой квартиренкой, которую они занимают в Пасси. Даже ливрейного лакея они не держат. Всего шесть человек прислуги. Конечно, есть и земельные владения, вернее, даже два: небольшой домик под Лиессом, домик как домик, правда, с охотничьими угодьями, но то не в счет… Настоящее владение — это вилла в Биаррице и еще одна, которую они построили на собственном участке на мысе Антиб; сейчас вилла перешла во владение Карлотты, и они здорово обожглись на этой постройке… Лишь бы продержаться, и то хорошо! Но работать, чтобы еще приумножать состояние? Нет, черта с два! Деньги тем и хороши, что они служат самым верным средством прогонять мысль о деньгах. Когда человек достигает известных высот, он дышит более чистым воздухом, нежели в низине. И совершенно не к чему спускаться в те бездны, где делаются эти самые деньги. Делаются другими, теми, что помельче и неспособны подняться. На высоты. Очутившись наверху, Эдмон наконец-то приобрел право на человеческие чувства, на всю сложность человеческих чувств, куда более запутанных и необычайных, чем все денежные дела. Он был погружен в них, барахтался, опьянялся ими. С каким ужасом думал он о своей прежней жизни, о своей студенческой жизни, когда он ломал голову над тем, где бы достать чистую сорочку, чтобы пойти на вечер, куда он отправлялся ради женщины, женщины, увешанной бриллиантами. И ни гроша в кармане на такси. А теперь он — хозяин над всеми парижскими такси. Впрочем, теперь он на такси не ездит. Маленьким людям нет времени заглянуть в свое сердце. Даже желания заглядывать туда у них нет. Они — узники своих мелочных расчетов, задавлены гнусной повседневностью. Интересно, пребывает ли еще Адриен на этой стадии? Ведь он недурно зарабатывает и, конечно, умеет погреть руки… Нет, Адриен Арно, даже преуспев, останется все таким же… Точная копия своего папаши. Ему всего будет мало, захочется еще и еще. Он удесятерит капитал, а уж никак не пустит его на ветер. Не совсем обычный хищник!.. Собою недурен… Мог бы сделать приличную партию…